— Где реликвия?
Анна зажмурилась до боли, вдохнула поглубже и выдохнула первое, что пришло в голову:
— У Керреллов!
Поток магии замер. Он все еще давил, но не так сильно, словно позволяя расслабиться. Но она не могла: боялась, что это лишь уловка.
А тело слабело, перед глазами плыла комната, превращаясь в размытое пятно с совершенно чёрной фигурой в центре. Фигура тоже расплывалась и покачивалась.
Горло сжало спазмом. Как вовремя…
Чернота втянулась обратно в плащ.
Анна уронила руки. Больше сил держать щит не осталось. Она прижала ладонь ко лбу и подняла глаза на мужчину. Тот стоял, задумавшись.
— У Керреллов, говоришь?
— Да, — выдохнула Анна, глядя в стену прямо над головой Орела, чтобы не видеть, как меняются гримасы на его лице. — Я вернула реликвию, как только вышла замуж на кронпринца. В знак… преданности короне.
Ей казалось, если она продолжит говорить, слёзы покатятся из глаз, и их будет не остановить.
— Вы узнали, что хотели, — проговорила Анна сквозь зубы. — Уйдите. Не трогайте мою семью.
— Как трогательно, — закатил глаза мужчина и бросил короткий взгляд на замершего у стены Орела. Его пустые глаза смотрели в потолок. — Преданность короне… Корона никого не спасёт, мисс Рейс. Не защитит ни вас, ни их. Но вы можете выбрать верную сторону.
Анна качнула головой и прошептала:
— Я не стану вам помогать. Убейте меня, если хотите. Я не могу вам помешать, что бы вы ни задумали, но помощи от меня вы не найдёте.
— Глупо, — сказал мужчина безразлично. — Но я буду благосклонен. Мне не нужна помощь слабой девчонки ни в том, чтобы забрать у Керреллов их щиток, ни чтобы победить моего врага. Ты не можешь выстоять даже перед подобными мне. А мой враг намного сильнее. Его происки уже мешают мне осуществить намеченное. Но я дам тебе год, Анна. А потом ты либо присоединишься ко мне, либо уберёшься с дороги, иначе мне придётся завершить то, что я начал сегодня, — он кивнул на Орела. — И не думай, что года тебе хватит, чтобы стать сильнее. В ближайшее время магия станет очень непредсказуемой. Хотя я удивлён, что беременная девчонка вообще смогла противостоять мне хотя бы пару минут.
Анна вздрогнула, будто он её ударил. Взгляд Орела обрёл ясность.
— Что?
Но вместо ответа мужчина развернулся на каблуках и исчез. Тишина звенела. Дикие глаза Орела впились в Анну, ожидая, что та начнёт отрицать, но она молчала. Нечего было говорить. Нечем было крыть. Слова незнакомца в чёрном объясняли всё происходившее с ней в последнее время лучше некуда…
Глухой стон Харона послышался из глубины гостиной, прерывая неприятное молчание. Орел дёрнулся и подался вперёд, шепча: «Тише, тише. Полежи».
Анна прикусила губу. Что человек в чёрном сделал с Хароном, она ещё не видела.
— Позаботься о нём, — прошептала она и, пошатываясь, поднялась на ноги.
Последний взгляд на Орела (тот одними губами произнёс: «Я ненавижу тебя») — и Анна переместилась обратно в замок. У неё было дело, не терпящее отлагательств. Если человек в чёрном осмелится проникнуть к Керреллам сейчас, чтобы завладеть реликвией, ему не составит труда понять, что Анна его обманула. И тогда год сократится в лучшем случае до часа.
Но не успела она даже приблизиться к тайнику, как в комнату вошёл Филипп. Вошёл — и тут же остановился, поражённый её потрепанным видом и убитым взглядом. Они молча смотрели друг на друга, и Анна слышала, как ускользают драгоценные секунды.
— Что с тобой случилось?! — наконец воскликнул Филипп и подбежал к ней. Попытался схватить за руки, но Анна отшатнулась, неловко дёрнула плечами, словно пытаясь извиниться или объясниться без слов, и села на край постели, почти чувствуя реликвию под матрасом — в своём излюбленном тайнике.
Филипп сел рядом, ощущая себя до крайности неловко. Он не умел утешать, а утешать Анну было ещё и странно. Она всегда казалась слишком сильной и независимой. Таким женщинам не нужна жалость. Но, может, нужно участие…
— Случилось что-то плохое? — спросил Филипп осторожно.
— Случилось, — глухо произнесла Анна.
— Кто-то умер?
Филипп вдруг поежился, осознавая, что сказал.
— Нет. По крайней мере пока. И надеюсь, никто не умрёт еще долго, несмотря на то что случилось.
— Так что случилось?
Анна уставилась в пол, хмурясь. Филипп сжимал её руку. Она должна ему сказать в любом случае. Но не сейчас. Сначала ей нужно поговорить с другим человеком. Пока оставалось время, пока оставался небольшой, но всё же козырь в её рукаве.