И тут Делон всё испортил...
— А вы уже... ну... того? — проблеял он.
Я почувствовала настоящий испанский стыд. Самый могущественный человек в стране, а может даже в мире, воин-боевик, а стесняется таких вещей.
— Делон! — возмутилась Велия. — Это не твоё дело!
— Как это не моё? Я твой брат!
— Что вы, я бы не посмел... до ритуала... — смутился Керон.
Боги, да они тут все такие стесняшки! А при мне спокойно произносили такие сложные слова, как секс, и не заикались.
— Да какая уже разница? — воскликнула со злостью Велия и стукнула брата кулачком в грудь. Тот даже не сделал вид, что ему это доставило какой-то дискомфорт, но с болью посмотрел в глаза сестре и крепко обнял её. Керон только сжал кулаки и отвернулся, но я видела, как заиграли желваки на его скулах. Но дело в том, что создавая видимость отсутствия проблемы, её не решить.
Они были так молоды, а уже несли на себе тяжесть пережитого. Да, я помогла Керону отрастить ногу, и с Велии сняли браслеты, когда все повреждения зажили. Но душевные раны — самые тяжёлые. И от них никаким браслетом не избавиться. Делон вон сам по ночам иногда просыпается от кошмаров, где он распятый среди сослуживцев с длинными иглами в груди.
— Кстати, об этом. У меня для тебя есть подарок. Получается, что свадебный. Пойдёмте, — он повёл сестру к выходу.
Керон тут же последовал за ней, словно лодочка за течением реки. А я замешкалась. Имеет ли смысл мне идти с ними? Всё-таки это семейное.
— Юля? — повернулась ко мне девушка. — А ты что же? Не хочешь мой подарок посмотреть? — Она так искренне улыбнулась, несмотря на то, что глаза были красными после слёз.
— Если хочешь, можешь пойти с нами или остаться. Это, возможно, затянется. Я не знаю, как ты отреагируешь, — снова замялся мой мужчина, и я хмыкнула.
В его заботе чувствовалась трогательная неуверенность — словно он боялся задеть меня неосторожным движением. Я поднялась и последовала за своей семьёй. Да, именно эти люди стали мне близки по душе, а не по крови.
Спустившись в подземелья дворца, мы с Делоном, Велией и Кероном невольно замедлили шаг. Здесь пахло сыростью и древней болью, камень под ногами был холоден и словно сочился слезами забытой скорби. Узкие коридоры с низкими сводами и массивные железные двери камер давили на плечи тяжестью чужих страданий, как если бы сами стены помнили каждый вскрик.
Я невольно прижалась к Делону, ловя тепло его тела в этом мрачном месте. Велия шла рядом, её плечи едва заметно дрожали, будто она сопротивлялась неведомому холодному ветру. Даже Керон, всегда уравновешенный и молчаливый, выглядел настороженным, будто чувствовал шёпот старой боли в этих стенах.
— Почему мы здесь? — шёпотом спросила я, опасаясь нарушить вязкую тишину.
Делон не ответил сразу. Лишь когда мы подошли к одной из камер, он остановился. Его взгляд стал тяжёлым, как железо, а голос — чужим и безжалостным.
В камере сидели трое мужчин. Они были похожи друг на друга — одни черты лица, одна кровь. Лорды миранийского происхождения в богатых одеждах.
— Эти трое, — негромко сказал Делон, — в начале войны надругались над моей сестрой. Их поймали гвардейцы, когда прочёсывали дома знати. На допросе они сами признались.
Я услышала, как Велия резко втянула воздух сквозь зубы, словно удар пришёлся в самое сердце. Керон шагнул вперёд, готовясь заслонить её собой от старых кошмаров.
— Я проверил их признания магией мёртвых, — продолжал Делон, его голос стал ледяным, будто в нём зазвенели осколки льда. — Они не врали.
Он посмотрел на Велию долгим, тяжёлым взглядом.
— Я хочу, чтобы ты сама решила их судьбу. Чтобы освободиться от страха, который тянет тебя назад, как камень на шее.
Велия побледнела. Она медленно подошла к прутьям решётки. Её взгляд был таким жгучим, что мужчины съёжились под ним, будто перед ликом собственной смерти.
Я сжала руку Делона, а он ответил лёгким, ободряющим пожатием. Всё было под контролем — но ощущение зыбкости стояло в воздухе, как перед грозой.
Сегодня Велия должна была сделать свой шаг к свободе.
Она стояла перед ними, дыша тяжело, её руки дрожали. Мужчины за решёткой сидели, склонив головы, их руки были связаны за спинами, а тела казались обмякшими.
Один из них вдруг поднял лицо и, встретив взгляд Велии, игриво моргнул.
Я ахнула. Делон и Керон напряглись, словно натянулись тетивы луков.