— Желаю тебе… удачи.
Я кивнула. Без язвительности. Без насмешки. Просто — конец разговора.
Он вышел первым. Спину держал прямо. Даже не обернулся. Но я знала: он понимал, что потерял. Не наследницу. Не покровительство. А возможность управлять и использовать меня как ресурс.
И это бесило его куда больше, чем сам отказ. Стоит отдать ему должное — он не опустился до грязных угроз. Его прощание даже пахло уважением.
Глава 16 — В городе
Лето благоухало цветами на улице и старым пергаментом в коридорах. В Академии стало меньше народа. Дышать стало легче. Циркуль по-прежнему оставался моим секретом. С его помощью я вымеряла схемы с точностью, невозможной для глаза. Никто не знал. И я не собиралась рассказывать.
В одну из суббот я прошла в мастерскую, взяла один из кристаллов для росписи — просто как тренировку. Пустышки даже брать не стала. Не сегодня. Разложила листы, выстроила «шестёрки» — базовые заготовки. Начертила схемы, подняла их в воздух, активировала, а затем сложила в нужную фигуру с помощью магии воздуха. В один из личных кристаллов загрузила схему. Получилось. Центровка — идеальная. Самый сильный водный артефакт был готов.
Так как я почти перешла на последний курс и училась не на помощника, а на мастера-артефактора, мне разрешили выходить в город на каникулах. Без сопровождения, без пропуска. Просто выходи и иди. Раньше не было смысла — не было денег. Теперь появилась возможность их заработать.
Пуф крутился на подоконнике, пока я собиралась. Следил за мной с явным неодобрением — будто считал, что я иду на важное задание без него. Но успокоился, когда я пообещала принести подарок.
— Юля, — булькнул только.
Я пошла.
Город оказался не таким шумным, как казался со стен Академии. Он был пыльным, с широкими мощёными улицами, залитыми тёплым, рассеянным светом. Каменные дома — двух- и трёхэтажные — стояли плотно, но не давили, с резными ставнями, клумбами на подоконниках и бельевыми верёвками, перекинутыми с крыши на крышу. На перекрёстках росли старые деревья — их кроны давали тень уличным лавкам с поджаренными лепёшками, солёной рыбой, сушёными травами. Пахло выпечкой, углём, пыльной шерстью и чем-то едва уловимо сладким — будто карамелью или мёдом. Лавочники гремели весами, где-то вдалеке звенели молотки. По узким переулкам текли потоки учеников, мастеровых, разносчиков и курьеров. Город жил в ритме, непривычном для тех, кто чертит схемы по восемь часов в день. Я долго просто бродила, разглядывала вывески, лица, стеклянные полки. Запоминала запахи. Училась дышать.
После обхода ближайших улиц заглянула в небольшую лавку на стыке Фасетной и Прачечной. Лавка торговала артефактами. Не дорогими — утилитарными: для кухни, мастерской, быта. Владелец, пожилой мужчина с насмешливо-вежливой манерой, сразу отложил тряпку и встал.
— Академия? — спросил он, окинув меня оценивающим взглядом.
Я кивнула. Красная форма не оставляла сомнений.
— Подработка?
Я замялась.
— Я... просто хотела продать один кристалл. Свой.
— Свой — это ты сделала? — он прищурился. — Ты ведь ещё учишься?
Я снова кивнула. Он улыбнулся. Так, как улыбаются взрослые, когда делают вид, что помогают малышу.
— Ну, для «первой пробы» сойдёт, — буркнул он, поднимая кристалл на просвет. Работал без сбоев, я проверяла. — Сто золотых. Если согласна — подпиши вот здесь. Подтверждение, что ты его действительно передаёшь как владелец и получаешь деньги. Формальность.
Он протянул мне тонкий пергамент и остроконечное стило. Текст был короткий: «Я, нижеподписавшаяся Юлианна из Академии, передаю данный артефакт в распоряжение лавки „Три Угла“». Без условий. Без срока. Я пробежала глазами — смысл уловила, но не вчиталась. Подписала.
На руку мне выдали небольшую тканевую сумку с монетами. Сто. Настоящих. Тяжёлых.
Я вышла из лавки. В груди что-то дрогнуло — словно под кожей пошевелилось новое. Свобода. Или её иллюзия. Воздух казался другим — ярче, плотнее.
День я провела, покупая вещи, которые раньше казались роскошью. Одежду. Удобное бельё. Немного сухофруктов. Деревянную приспособу с роликами — продавец сказал, что для спины, а я представила, как на ней будет кататься Пуф. Даже купила пирожок с яблоками — просто так, потому что могла.