— Всё нормально, — прошептала я.
Он тихо пикнул, будто проверяя: правда?
— Вроде бы, да.
Я смотрела на стену, где висел мой чертёж для АБО-6, и чувствовала странное тепло. Не от сделки, не от денег. От самого факта, что кто-то знал — и не отвернулся. Не испугался. Не предал.
В этом мире, где все стремятся что-то отнять или прибрать к рукам, Теон просто предложил — быть рядом.
И этого пока хватало.
Через несколько месяцев в моём шкафу скопилась приличная сумма. Плотно перевязанные свёртки и мешочки с монетами я хранила в специально выделенном ящике. Настоящей жадности я не ощутила, а вот осторожность пришла быстро. Я уже тогда поняла: деньги — это не только удобство, но и источник опасностей. И когда мы начали изучать магию замков, я чуть не взвизгнула от радости.
К этому времени у меня уже был собран собственный сейф. Не просто коробка, а добротная конструкция из листового металла, с укреплёнными углами и скрытой полкой внутри. Пуф часто пытался туда забраться, но я объяснила ему, что это не «мама-пещера» — туда нельзя. Он послушно кивал и иногда сторожил сейф, укладываясь рядом, оплетая его щупами.
Меня удивляло еще и то, что в прошлой жизни я брезгливо относилась к морским гадам, в частности в медузам, осьминогам, мидиям... Даже детские слаймы вызывали у меня чуть ли не рвотный рефлекс. Но с Пуфом такого не было. Может потому что я понимала, что он частично создан моей магией.
В один из дней в Академию вновь приехал дворцовый артефактор-наставник, но которого мне не доводилось видеть — высокий, тонкий, с походкой фехтовальщика и манерой говорить так, будто каждое слово стоило весомого кошеля. Его интересовали сложные конструкции замков. Я тогда работала с цепочками пиктограмм, которые сплетались по законам не только воздуха, но и... здоровья. Это удивило, но логика была: магический замок должен «узнавать» владельца. Его отпечаток, образ, биополе — называй как хочешь, суть одна. Тем более, что завязывался он на владельца по крови. То есть, даже если у вас есть ключ от замка, который имеет кровную привязку, вы его открыть не сможете без владельца. И нет, цедить с владельца кровь не понадобится, там нужно живое участие, так как вплетается магия, если человек ею владеет и отпечаток ауры в любом случае.
Первый хоровод пиктограмм для самого простого замка я собрала с неожиданной лёгкостью. Настолько, что магистр Варх даже подозрительно глянул в мою сторону. Но стоило мне взяться за более сложную схему, развернутую в трёхмерную форму — с вертикальными нитями и узлами — как стало ясно, насколько это будет сложно. На практике пальцы дрожали, когда я удерживала в воздухе рамку с вращающимися символами, и пот стекал по вискам.
Однако получилось. Первый настоящий замок — пусть ещё не высшей категории, но вполне солидный — я собрала в ту же ночь. Припаяла к сейфу с двух сторон два одинаковых кристалла, вложила в них нужную последовательность, активировала — своей собственной кровью. Лёгкий укол пальца и капельки крови достаточно.
Щёлк. Готово.
Чувство, когда ты закрываешь сейф и знаешь, что никто его не откроет без твоего разрешения... В том мире, где я всё ещё чувствовала себя временной, это был еще один столб в опоре моей воздушной крепости.
Через пару дней я собрала ещё один замок. С таким же хороводом, но чуть компактнее — и с покровным слоем, защищающим от чтения пиктограмм. Не шедевр, конечно, но вещица полезная. Я взяла её с собой на встречу с Теоном — тот, не скрываясь, уже обнимал меня за плечи, когда мы шли по улицам, и даже поцеловал в щёку при продавце лепёшек, подмигнув, мол, всё по сценарию.
— У меня нет с собой больше денег, — признался он, когда я передала ему кристалл с замком.
Я пожала плечами:
— Ничего. Отцу передай. Если не нужен или не понравится — просто верни. Без обид с моей стороны.
Он вернул не замок, а весточку от Хартона с заказом на десяток таких же. Притом с пометкой: «Пусть надёжность останется на том же уровне». Они стоили сущие копейки по сравнению с АБО-6, но и труда на них уходило меньше. Да и магия огня сейчас отнимала у меня больше энергии, чем магия воздуха или здоровья.
С тех пор я регулярно изготавливала для Хартона всякие артефакты: огненные, водные, световые. Всё шло через Теона. Я знала, что ступаю по краю — ученикам не положено заниматься торговлей, особенно в обход академического совета. Но отказаться от опыта и реальных денег не могла. Это был мой шанс закрепиться в мире, который по-прежнему казался временами чужим.
Сейф оказался полезным не только для денег. Я хранила в нём свой блокнот со схемами, пустые кристаллы, которые чуть ли не штамповала в свободное время. Пуф иногда пытался на сейф ворчать. Наверное, думал, что это конкуренция за моё внимание. Но я в такие моменты брала малыша на руки и гладила, повторяя какой он любимый и уникальный. Работало.