И тут в комнату вошел высокий, широкоплечий мужчина. Начальство.
— Что тут у вас? — глянул на меня, на мешок, на управленца. — Ты что, Касий, снова чудишь?
— Все по закону, — пискнул тот.
— Дом вдовы охотника, с ребенком? — начальник медленно провел взглядом по Касию и документам перед ним. — Ты что, совсем рассудок потерял? Знаешь, как охотники относятся к своим? Особенно к семьям погибших? Они мстят не магией. По-тихому. Через месяц, через год. Или через десять. Не ошибаются. Не прощают. Найдут тебя просто в канаве с ножом в сердце, если пощадят. А то ведь могут и помучить.
Касий, кажется, побелел до полупрозрачности.
— Это не я! — завопил он, махая руками. — Это она купила! Я только оформлял, я не при чем!
Я шагнула вперед:
— Ларизу и ее сына я никуда не выгоняла. Она осталась в доме, как и была. Просто теперь не под арестом, а под крышей. Я лишь заплатила то, что ей не дали возможности внести.
— Если она осталась — честь тебе, — кивнул мужчина в мою сторону. Потом опять на подчиненного злобно посмотрел: — Хотя не удивлюсь, если ее сын все равно запомнит. У охотников понятие справедливости в крови. И еще... — он прищурился. — Если слухи правдивы, ты не просто так эту женщину подставил. Молва говорит, ты к ней грубо сватался после смерти мужа, а она тебе отказала. Так что считай, тебе повезло, что не ты теперь владелец. Иначе искали бы точно с ножом в горле.
Счетовод подписал документы. Я получила медальон — знак собственника. Рядом — договор, исписанный аккуратным почерком.
На выходе я держала руку в кармане. Там лежал артефакт огня — тот самый, что мы с Теоном называли «лазером» — Огненная нить. Для защиты. Один точный выстрел в печень — и шанс смыться, прежде чем кто-то поймет, что случилось.
Но никто не нападал, а значит и нет пострадавших. Извозчик честно ждал. ждал. Я уехала.
Счеты по дороге показывали: у меня оставалось семь тысяч. Этого должно хватить. Впереди — восьмой курс, потом — ссылка. Дом я решила оставить за Ларизой. Жалование пока предложить не могла, но мы договорились иначе.
— Я живу у вас. Мне хватает, — сказала она.
— А готовка? Уборка? Помощь?
— Я шью. Мне подкидывают охотники. Справлюсь.
Я не настаивала. Только попросила купить кровать, диван, что-то для дома. Указала, что хочу устроить в кладовке ванную.
— Бытовика позовем? Или вы сами? — уточнила она.
— Позовем. Времени у меня нет.
Лариза не стала уточнять, куда пропало мое время, а я пока не хотела поднимать этот вопрос.
Так я стала домовладелицей. Свое жилье. Свой этаж. Соседи, которые подставили плечо. Пуф, который уже пытался проверить, поместится ли в чайнике новая подушка. И женщина с ребенком, которую я не спасла. Просто — впустила обратно домой.
Глава 27 — Машинка
Понимание, что у меня появился еще один остов стабильности — недвижимость, был каким-то эфемерным. Дом как-бы есть, но я все еще жила в академии и не воспринимала его до конца, как свой. В будни корпела над артефактами, а на выходные сбегала в город.
К заданию приобрести кровать Лариза подошла с дотошностью, достойной самой королевы. Когда я впервые увидела это спальное чудовище, у меня пропал дар речи. На этой кровати можно было спать вдоль, поперек и даже по диагонали — и все равно хватало места еще на двоих. Или на чаепитие с подушками.
Но я не стал делать замечание. Лариза уже сшила покрывало, подобрала в тон кофейные шторы и, чтобы комната выглядела гармонично, купила диван чуть темнее, поставив его у окна. Кровать же хоть и заняла много места в комнате, но стояла ближе к углу, оставив только проход у одной стены.
С тех пор до приезда мага я пыталась понять, как в этом пространстве не потеряться. Бытовик за свои услуги запросил около полутора тысяч, но артефакты на свет и воду я дала свои — все же у меня они были в избытке. Сначала обсудили ванную — с ней все было понятно, а вот с планировкой комнаты пришлось импровизировать.
— Сдвинем кровать полностью в угол, а здесь стеночку поставим. Получится уютный закуток, — предложил маг.
Мне понравилось. Я добавила: — А если еще и дверцы купейного типа повесим — получится гардероб. — правда пришлось потом объяснять, что это за дверцы такие.
— Отлично. Комната большая, часть можно отделить. Уютнее будет, — одобрил он уже капая слюной на схему дверей в гардеробную, которую я ему нарисовала.
Он также напомнил, что Лариза стирает вручную, спросив про усовершенствование постирочной. Я вспомнила, какие артефакты есть в доме, и мы договорились упростить вдове быт по максимуму. Вход постирочной вывели из общего коридора, а внутри ванной устроили отдельную комнатку под личный туалет. Удобно и продуманно.