Побег удался, но приехав домой, я еще долго отпаивалась успокоительным сбором. Неплохая такая встряска получилась.
Так никого и не нашла на этих балах. Потому что и правда никого не искала. А может — просто боялась. Или не могла — не в этом теле, не с этим прошлым, не с этой странной внутренней двойственностью.
Гарт продолжал выспрашивать, не пора ли мне «кого-нибудь». Считал, что молодая девушка, пусть даже ледь, как он в шутку склонял мой титул, должна жить активно. Я порой и правда чувствовала потребность в близости, но как-то не складывалось. Да и девочка я, все же, еще. Это душа моя была от искушенной женщины, со своими воспоминаниями, со своей телесной уверенностью. А тело — юное, пугливое, трепетное. Теон зажег фитиль и пропал, а я теперь тлею. Хотелось иногда, в определенные периоды, кому-то принадлежать... Но не настолько, чтобы рисковать собой. Так и вернулась домой.
Зато появилась идея: дистанционное управление воротами. Надоело каждый раз выскакивать под дождем, чтобы загнать экипаж. Система магического замка была известна: ключ в виде медальона, замок распознает владельца. Но я пошла дальше — сделала пятьдесят уровней пиктограмм! Слеза смерти и приличный заряд магии — вышло эффектно.
Бытовик поставил ворота, натянул пружины. Теперь я могла высунуться в окно и открыть их медальоном. Колёса катились почти беззвучно, руль слушался пальцев, как будто сам хотел ехать. Я ощущала, что управляю не только повозкой, но и своей жизнью. Почти. Селя закрывал за мной. Лариза покачивала головой: «Господская блажь», — но все равно улыбалась. Я просила называть меня по имени, но иногда у нее проскакивало "госпожа" или "хозяйка". Иногда она опекала меня, как дочь родную или младшую сестру, а иногда поражалась моим слишком взрослым размышлениям. Вот в таком странном балансе и жили.
В доме было еще немало таких «бесполезностей»: светильники по периметру ванной, красивые мелочи. Для себя — не жалко.
Мастерскую Ларизе я тоже обновила: столик для раскроя, полочки, новая мебель. Она строчила с утра до вечера, шила на заказ, радовалась. И меня завалила нарядами — пригодились.
А осенью — бал невест и женихов. Я долго не могла понять, что за странное мероприятие. Лариза все объяснила:
— Три дня, три наряда. Первый день — знакомство, второй — свадьба, третий — поздравления.
— Быстро как-то, — удивилась я.
— Это же традиция. Обычно пары уже знакомы. Но иногда... случаются чудеса. Да и бывает, что вступают в брак в первый же день.
Я не возражала. Только уточнила: браслеты с собой брать обязательно? Еще как.
Лариза предложила жемчужное платье, расшитое речным жемчугом. Мои глаза в нем светились, я выглядела ярче. Даже себе перстень с лазером сделала — на случай, если поклонники окажутся слишком настойчивыми.
Распорядители, правда, предупредили: никакого насилия. Все добровольно. Что ж, посмотрим, как оно будет…
Глава 34 — Элианор
Первым делом я и на свадебном балу узнала, когда могу смыться с этого мероприятия. А потом переместилась к столам с закусками и решила стратегическое место не покидать. Благо никто приставать ко мне и не планировал. Похоже, «богатеньких девочек» знали в лицо и за ними специально охотились. Моя же личность во дворце никому не была знакома. Так что вскоре я поняла, что все мои опасения оказались напрасными. До меня никому не было дела, как и мне до них.
Но через какое-то время решила посетить уборную и выбралась в холл. Народу там хватало. В основном это были сопровождающие. Родственникам, родителям и слугам в зал заходить нельзя. Вот они и толпились в ожидании новостей. Уже возвращаясь, я чуть не столкнулась с молодым человеком, которого пытался удержать мужчина.
— Элианор, еще не вышло время, тебя не пропустят, — увещевал мужчина. — Двери никому не откроют.
— Я попрошу, — не сдавался парень.
— Веди себя достойно и вернись обратно в зал.
— Тоже надоела эта канитель? — посочувствовала я, влезая в разговор. Почему-то мне показалось, что это нужно сделать.
Он резко обернулся. Я чуть не подавилась воздухом — меня словно током прошибла его красота. Миндалевидные глаза — явно миранские. Только цвет не типичный: насыщенно-изумрудный. В остальном — словно фарфоровая статуэтка. Хрупкий, тонкий, чересчур красивый. Черные волосы до середины спины, гладкие и ровные, блестящие. Только у висков собраны. Во что он был одет, я даже внимания не обратила.