— Лояльные королю люди тут живут, — пробормотал он и ушёл.
Я, конечно, скупила товар. А потом, перебирая стеклянные баночки, не могла отделаться от мысли: он не был торговцем. Выправка, взгляд, движения — слишком точные. Он словно стоял перед глазами, всем своим видом ломая созданную им же картинку. Как боевой маг, а не рыночный торговец.
И тут пришёл Гартен. Мялся, тёрся у двери.
— Пойдём, — позвала я. — Что случилось?
— Ты не посчитала странным этого торговца? Я впервые его тут вижу. Да и товар у него странный. Ещё и продал за сущие гроши.
Я кивнула, соглашаясь.
Гартен рассказал: его дед пережил войну. Когда в столице не было еды, семью спасли подвалы с запасами. Тогда и бизнес не встал.
— Охотники говорят, что снова война на перевале... Стычки начались, — мялся Гартен. — Я подумал, может, на всякий случай мяса привезти. У вас экипаж, мы бы за день управились.
Я вспомнила взгляд того «торговца». Как он оглядывал улицу, будто фиксировал, запоминал. Его слова про короля. Вряд ли он говорил про нашего. И тогда я поняла: нужно готовиться.
— Завтра выезжаем, — сказала я шёпотом. — Рулена предупреди.
Потом позвала Ларизу и Эля, объяснила наши домыслы:
— Не паникуем. Просто делаем запасы.
— Поняла, — сразу посерьёзнела Лариза, но рефлекторно прижалась к боку Эля, словно подсознательно ища защиты. Мужчина отвёл от меня взгляд, но приосанился, положив ладонь на плечо вдове. — Эль пусть джем варит, а я тележку найму. И посушим что-нибудь.
Я занялась банками, скрывая внезапную дрожь. Как обычно, неприятности не приходят поодиночке. Через пару часов вся гостиная уже блестела стеклянными ёмкостями для консервации. Устала. В глазах замелькали чёрные точки. А потом пришёл Эль и позвал отдыхать. Я пошла — потому что знала: всё остальное завтра.
А пока мы живём.
Пусть даже по-своему.
Глава 38 — Дрожь под кожей
Поездка за мясом к родне Гартена планировалась как обычная хозяйственная необходимость, но обернулась чем-то большим. Мы выехали с ним рано, ещё до рассвета. Экипаж переделали под груз: внутри не осталось ни скамеек, ни комфорта, только два сидения спереди. Поэтому поехали вдвоём — Элю пришлось остаться дома. Да и смысла ехать втроём не было: дома оставались Лариза и Селя, а экипаж рассчитан лишь на двоих. Сам Эль признался, что тряска по просёлочным дорогам — не для него, к тому же заготовки дома требовали внимания.
На трассе царила странная тишина. То ли солнце вставало ленивее обычного, то ли я стала замечать, как мало встречных экипажей. Мы с Гартеном изредка перекидывались фразами, но чаще молчали. На одном из перекрёстков Пуф, сидящий у меня на плече, вдруг вздыбился, задрожал, завибрировал всем телом. Я остановила повозку. Через пару секунд по перпендикулярной дороге проехали двое всадников в серых плащах. Они нас не заметили, но даже после их ухода воздух словно дрожал от остаточной магии, а ощущение тревоги не отпускало.
— Слишком тихо, — произнесла я.
— Слишком, — согласился Гартен.
На обратном пути в одной из деревень старик, заметив нас, махнул рукой из-за ограды. Он прищурился, разглядывая наш груженый экипаж, и хрипло окликнул:
— Эй, вы за припасами, видать? Мясо ещё нужно? Берите, не жалко. — Он кивнул на бегающих во дворе кур. — Мне одному много не надо, пяток рябух да петушка себе оставлю, а остальное — забирайте. Всё равно армию скоро соберут. Скот отберут — не свои, так чужие. Обозы пропадают, кони уже наполовину конфискованы. Тишина эта, чую, перед бурей. Мы-то слышим: по ночам телеги стучат, не рыночные. А куда катят — никто не ведает.
Мы с Гартеном кивнули друг другу, понимая, что нужно действовать быстро. Старик, заметив наше согласие, махнул рукой в сторону сарая и предложил: «У меня сеть рыболовная старая есть, берите, половите живыми». Вместе мы достали потёртую сеть, и после нескольких попыток аккуратно поймали курочек во дворе, не причинив им вреда. Птиц оставили в сети, временно уложив её в экипаж. По дороге мы с Гартеном договорились: кур заберёт он, у него уже есть курятник, а у меня ничего подобного нет. Зерно для несушек решили закупить пополам, чтобы у нас обоих всегда были свежие яйца.
Пуф вёл себя тревожно на обратной дороге. Дёргался на поворотах, настойчиво тянулся в сторону заброшенной мельницы. Я остановилась. Гартен решил осмотреться и приволок из-за старого здания мешок зерна, на завязках которого виднелись пятна крови. Решили забрать с собой. Место нежилое, вокруг только лес. Сельчане не стали бы тащить мешок в такую даль, спрятали бы рядом.
Когда мы вернулись, я ещё с порога заметила, как Эль увлечённо спорит о чём-то с Ларизой. Они вместе раскладывали ткани, сортировали специи. У мужа был непривычно деловитый вид.