Как же противно я умею верещать.
Кирилл вывернулся, отлепил меня от своего даже в такой момент стреляющего током тела, тряхнул за плечи раз, другой, третий. Голова качнулась, волосы разметались по плечам, мужские пальцы впились в плечи. Желтовато-карие хищные глаза обожгли пронзительным взглядом мое лицо, потом переместились на губы. Воздух застрял в легких и стал стремительно нагреваться.
— Приятно осознавать, что ты способна любить еще кого-то, кроме себя.
— Не трогай папу, — зло шипела я, задыхаясь в горячих объятьях похитителя.
— Успокойся, никаких гадостей в адрес твоего папы я не планировал. Просто тебе не приходило в голову, что неплохо было бы самой что-нибудь уметь делать, а не только направо-налево тратить деньги своего отца.
— Да я многое умею делать, идиот ты контуженный.
— После твоего мозговыносительного визга любой станет контуженным. Что, например, умеешь делать? — На полных губах мускулистого маньяка появилась язвительная ухмылка.
— Ну допустим… — Шумно задышала, пытаясь вспомнить все свои многочисленные умения и таланты. — Допустим, я хорошо разбираюсь в моде, прекрасно пою, еще лучше танцую, знаю все о бьюти-продуктах для профессионального макияжа. Катаюсь на лошади. А самое главное, между прочим, я дипломированный журналист.
Улыбочка на губах маньяка стала еще более язвительной.
— Еще я дока по устройству различных забав, чего только рыцарский турнир стоит.
Похититель Благородных Девиц лишь пренебрежительно хмыкнул.
— Со мной всегда интересно и весело. Мои друзья и женихи меня обожают, я столько интересных шуток придумала.
— Еще ты мастерски умеешь унижать и высмеивать людей, втаптывая в грязь их чувство собственного достоинства. — Желтовато-карие глаза опалили презрением: кажется, мои умения его совсем не впечатлили, наоборот, даже разозлили.
Ну подумаешь, назвала его раз пятнадцать вонючим боровом и раз пятьдесят похитителем благородных девиц. Но разве это неправда?
Такое ощущение, что когда-то где-то я перешла дорожку этому маньяку. Но мы ведь до этого не встречались. Такие трицепсы, бицепсы, косые мышца живота вкупе с довольно интересной внешностью я бы точно запомнила.
— В углу замети, умелица, — еще раз опалил меня презрением мерзавец и повернулся, намереваясь покинуть комнату.
— Эй, ты куда пошел, немедленно вернись. И вообще, если ты собираешься продолжать держать меня в заточении, то мне нужна, просто необходима другая одежда… Мое единственное платье порвало твое мохнатое, слюнявое чудище. — И показала дыру, оставшуюся после зубов постоянно лающего надзирателя. — А еще мне нужно белье! — От возмущения даже топнула ножкой.
Тотчас Малыш-переросток клацнул своими огромными клыками возле моей голени. Вечно он рядом, когда его не ждешь.
— И-И-И!!! — снова заорала я.
Кирилл скривился от визга, руками закрыв уши. Так тебе и надо, похититель благородных девиц.
— Убери от меня свою чудищеподобную собаку!
Вот в самом деле, вчера постирала белье и была вынуждена спать голышом. Те еще ощущения. Всю ночь проворочалась от осознания, что этот неотесанный мужлан находится где-то совсем рядом. В ночной тишине постоянно казалось, что он сейчас ворвется, грубо отшвырнет покрывало, раздвинет мои ноги и… ахх. Ну а потом, утром, как ни в чем не бывало будет опять молчаливо улыбаться. С него станется.
— Хорошо. Сейчас поеду в город, куплю тебе что-нибудь подходящее из одежды, — на удивление, согласился с моими доводами Кирилл. — А ты к моему приезду приготовь обед. Мясо возьми и овощи в погребе, вода в колодце. Будет невкусно — скормлю все Малышу, а ты будешь голодная до завтрашнего утра. Понятно?
Раскомандовался тут.
— Не буду я ничего готовить. И вообще, готовка — это не мое; впрочем, уборка тоже. Ты меня похитил, значит, и кормить должен самостоятельно. Ни в одном фильме про похитителей, которые я видела, жертвы не готовили себе обедов. Будь любезен, не разрушай стереотипы! У вас же, бандитов, должно быть целое братство, сообщество мерзавцев и негодяев, в котором наверняка четкие правила. Так сказать, пиратский кодекс, только в твоем случае — кодекс вероломных похитителей прекрасных де…
— Малыш, проследи за Жулькой, — было мне ответом.