— Ты не слишком от них зависишь? Как будешь жить, если все твои изобретения внезапно пропадут или откажутся работать?!
— Обычно. Я могу и полотенцем высушить волосы. И кресалом высечь искру. Магия упрощает жизнь, но и жить без неё я могу. Нас этому отлично научили в Бранъярне. Страх от Катаклизма слишком силен.
— Не думаю, что он повторится, — качнул головой Клаус, потянувшись к чашке с чаем. — Это нелогично.
— Если повторится, мы не выживем, наверное, вообще. Просто от осознания факта. Я так точно.
Ханна, конечно же, сама не застала Катаклизм, он случился три сотни лет назад, но вот бабушка её рассказывала, что это был за ужас, когда почти все маги мира внезапно лишились возможности использовать магию. Один из тысячи лишь сохранил способности. И случайным образом это мог быть погодник, целитель, некромант… Старый или молодой, женщина или мужчина, умный или непроходимо глупый… И мир, который привык жить с уверенностью, что магия незыблема, едва не рухнул. Магия уже не могла питать весь транспорт, давать тепло и свет. Чудом устояли магические сооружения и сохранились артефакты, но разгонять шторма и ураганы стало некому. Больницы лишились целителей, способных одним жестом срастить кости или очистить кровь от заражения. Телекинезники больше не могли движением бровей строить дома и мосты, пришлось это делать простым людям. Пришлось учиться. Да, за последние сотни лет прогресс скакнул вперёд. Новые виды топлива и энергии позволили вернуть жизнь на тот же уровень, а в чём-то и улучшить жизнь, но ужасы первых лет слишком прочно засели у всех в памяти, даже понаслышке. Маги лишились того, что делало их особыми и, если подобное произойдет снова… Ханне страшно подумать было, как она бы пережила эту трагедию. И пережила ли вообще.
— Я потому, наверное, и держусь своей артефактологии, что устройства будут работать и после моей смерти. И приносить пользу, даже если маги совсем пропадут, — внезапно вздохнула Ханна.
— Ради пользы стоило идти в целители, вот уж кто реально помогает.
— Там призвание нужно. И сложно очень, — скривилась Ханна, а потом с гордостью добавила: — Хотя моя выпускная работа напрямую связана с целительством. Только слишком дорого выходило по ресурсам. И принцип работы понять смог только декан… В итоге в производство не пустили.
— А что это было?
— Устройство, которое запоминало «отличное» состояние носителя и, в случае снижения показателей, могло направить целительскую магию на восстановление.
— По команде?
—Или по команде, или само, если настроить периодичность проверки, при риске потери сознания или возможности активировать артефакт. Как носитель решал.
— А как определялась первоочередная травма для лечения, если их было несколько?
— Я консультировалась с целителями. Они составляли список из степеней опасности.
— Это здорово, — оценил Клаус. — Полезное устройство в походах и во время военных действий.
— Прототип всем понравился, но в массовое производство не запустили. Слишком дорогой и сложный, — вздохнула Ханна, она искренне жалела, что так получилось: год работы, куча денег на материалы и ресурсы — и всё в пустую. Нет, её хвалили, дипломную работу засчитали, но цель-то у неё была ещё и в другом, и этой цели она не достигла.
— Уже поздно, не считаешь, что пора спать? — улыбнулся Клаус, отставив кружку, и расправляя спальник.
— Да, очень даже, — Ханна потёрла глаза, качнув головой, и невольно захихикала — Клаус спокойно подтянул её спальник вместе с ней самой вплотную к своему.
— Ты же не против? — на всякий случай уточнил мужчина, и Ханна лишь нырнула под тёплую ткань, прижимаясь к Клаусу.
Эта ночёвка обещала быть куда приятнее прошлой.
Разбудил Ханну аромат кофейных зёрен, приятный, густой. Она любила пить кофе по утрам, правда, сама варить не умела, предпочитала ходить в кофейни, но унюхать этот напиток глубоко под землёй никак не ожидала, поэтому в удивлении распахнула глаза. И все вопросы разом отпали.
Клаус варил кофе. На маленькой горелке, работающей от тепловых кристаллов, как подсказал намётанный глаз девушки. В металлической джезве темнел кофе, а первая порция уже была в кружке в руках у Клауса.
— С добрым утром, — тепло улыбнулся мужчина. — Твой кофе почти готов.
— С чего ты решил, что я его пью? — удивлённо моргнула Ханна.
Нет, она вовсе и не была против, ей просто стало интересно, с чего Клаус решил, что она любит кофе.
— По твоему характеру, это самый подходящий напиток. Хотя леди обычно предпочитают какао или горячий шоколад.