— Простите, вам принесли обед, – тихо произношу я, и вновь оказываюсь в полной мгле. Я не закрывала штор, значит, этот мужчина может ходить, и он не калека. Да и инвалидного кресла я не приметила в прошлый раз.
— Не хочу, – раздаётся бурчание.
— Тогда могли бы включить лампу, иначе я разобью посуду, – прошу я, делая шаг в темноту, и она через несколько секунд озаряется неярким светом.
— Я же сказал – не хочу, – мужчина поворачивается ко мне, наблюдая, как я иду к нему. Ставлю поднос на постель и открываю серебряный купол. Аромат куриного супа достигает моего носа, и желудок так громко урчит, что покрываюсь красными пятнами от стыда.
— Зато ты хочешь, – усмехается лорд.
— Да, очень. Так всё вкусно и вам грех хотя бы это не попробовать, – признаюсь я, доставая суповую ложку из салфетки.
— Тогда сама и ешь. А я посмотрю, – пожимает спокойно плечами, предлагая мне такую невообразимую пищу.
— Спасибо большое, но мне ещё работать, а так засну прямо здесь. Было бы прекрасно, если бы вы мне рассказали, как это было вкусно, – улыбаюсь я, раскладывая салфетку на его коленях.
— Я не хочу, – упрямо повторяет он.
— Должны. Если вы не будете есть, то у вас не будет сил, чтобы поругать меня, – беру в руки тарелку и ложку, присаживаясь на постель.
— Я не собираюсь тебя ругать, девочка. Не в моих это правах.
— Но вы ведь до сих пор обижаетесь на меня, а я буду продолжать говорить. И прекратить вы это сможете, если немного поедите, – набирая супа в ложку, поднимаю руку с ней.
— Нет, – поджимает губы, отворачиваясь от меня.
— Вы не калека, как я сперва подумала. Значит, вы можете ходить, у вас есть силы, чтобы закрыть тяжёлые шторы. Вы просто притворяетесь немощным, чтобы за вами ухаживали. Это ваш протест против смерти сына и превращения этого места в отель…
— Закрой рот и давай свою ложку, – перебивает меня. Улыбаюсь, поднося суп ко рту мужчины, и вливая в него.
— Ещё? – Спрашиваю я, уже зачерпывая новую ложку.
— Нет.
— Я бы тоже не хотела, чтобы мой дом превратили в отель. У вас финансовые трудности? Поэтому ваша жена ищет выход из положения и ей следует отдать должное. Пока вы…
— Хватит, – резко выдыхает он, сверля меня злым взглядом.
— Ещё? – Не поддаваясь этой злости, поднимаю ложку, поднося её к его рту.
— Ты очень болтливая, Энджел, – проглатывает, делая мне замечание.
— На самом деле нет, – улыбаясь, набираю порцию, и она тут же исчезает в его рту.
— Я тихая, незаметная и люблю наблюдать за людьми. Проходила курс психологии в университете. Да и с вами мне нравится болтать, особенно ухаживать за вами. Почему вы не выходите? – Сжимает губы, когда я подношу ложку.
— Чтобы не видеть людей? Но разве люди могут причинить вам вред? Или у вас плохие воспоминания о городе? Ваш сын жил здесь, не так ли? И вы хотите задержать его таким способом? – Открывая рот, с силой тянет на себя ложку зубами.
— Вы долго планируете предаваться унынию и горю? Этим его не вернёшь, – продолжая, я уверенно смотрю в прищуренные глаза. Раскрывает рот, выпуская ложку.
— Ты ничего не понимаешь, – качает головой, тянусь руками к тарелке. Передаю ему, и он сам черпает суп.
— Так поделитесь. Я умею хранить секреты, и никому не расскажу. Вам станет легче, – предлагаю я, рука сама находит булочку, от которой незаметно отламываю кусочек и быстро бросаю в рот, пока мужчина ест.
— Это его комната. Моего милого Энтони. Он здесь жил, пока не разбился…
— Автокатастрофа, – перебивая его, тут же замолкаю, вижу грусть в его глазах.
— Нет. Он покончил с собой, сбросился из этого окна и разбился. Никогда он не станет ангелом, про которого ты говоришь, – ставит тарелку на тумбочку. А я не могу прожевать хлеб, ощущаю ком в горле, не дающий мне возможности даже извиниться.
— Он всегда был весёлым, и я любил его за это. От него ничего не осталось, клинический анализ, что я получил после похорон, свидетельствовал о наличии высокой дозы наркотиков в его крови. А потом были долги дилерам. С ними он был целых пять лет. Я даже подумать об этом не мог…
— Но вы ведь не читаете мыслей, да и не ваша это вина, лорд Марлоу. Он выбрал то, что было для него хорошо, не заботясь о других. У него была причина принять такое решение, и вряд ли он хотел завершить свою жизнь именно так. Возможно, это был несчастный случай? – Тихо произношу я.