— Помнишь того лидванца, который зажал твою юбку? Я же не знала, что Тайная канцелярия ее выкупит! Ты только послушай, как звучит!
— Не отвлекайся, — я уже напряглась. Эта юбка у меня поперек горла уже, скоро я буду ненавидеть кистонский шелк.
— Я тебе рассказывала, когда лидванец уезжал, я попросила горничных положить ему в багаж сверток с запиской.
— И что? Это был гербарий из васильков? — я понимала, что, разумеется, не гербарий. Вряд ли он настолько поразил бы императора Лидвании, но очень хотелось верить, что это было что-то безобидное.
— Нет, — Алиска зажмурилась, предчувствуя головомойку, — шикарные, просто потрясающие белоснежные панталоны с кружевами в умопомрачительных васильках! Между прочим, десять золотых!
Мне поплохело.
— А записка?
Все еще не открывая глаз, Алиска процитировала:
— «Любезный друг! Искренне скорблю, что Вам приходится скрывать свои пристрастия, и не могу не поддержать Вас в стремлении к прекрасному! Надеюсь, Вас утешит мой подарок, пусть эти васильки напоминают Вам о моей Родине. Носите почаще, это будет греть мою душу».
Руки чесались треснуть эту авантюристку! Так, надо успокоиться! Я и сама не лучше. Нельзя бить людей за свои же недостатки, это… не благородно, что ли.
— Ну и как эти панталоны оказались у Кассиана? И каким образом он вычислил щедрого дарителя?
— Оказалось, этот лорд вез дипломатические подарки в империю, а я наложила на панталоны заклятие привлечения внимания.
— Поклянись мне, что Эдуард про это ничего не узнает. Мне все равно, делай, что хочешь: обмани, влюби, соврати! Я требую, чтобы васильковые панталоны никогда на свет не всплыли! С меня хватит бельевых шуток!
Шутки шутками, но после допроса духа осталось слишком много пробелов. Картинка все никак не складывалась. Личность заговорщиков так и не раскрыта. Кто зарезал хвиссинца? И зачем отравил, да еще медленнодействующим ядом? И загадки Сарды еще… Загадки Сарды! О, нет!
— Алисия, что ты можешь сказать про хвиссинский язык?
— Когда разговаривают два хвиссинца, словно две змеи в одной банке шипят… Силы всевышние! «Наполовину мертв»!
— Кажется, в этот раз Сарда перехитрил сам себя, — где там оставшееся вино королевы?
Глава 26
То есть информация в записке Сарды предназначалась королю. Как мы, силы всевышние, должны были это понять? Значит, хвиссинец — один из тех, про кого Сарда говорит в письме. Он увидел его во дворце, удивился этому и заметил, что тот отравлен.
Меня совершенно не удивляло, что Сарда разбирается в ядах. Идеронцы возвели отравление в искусство. Выходит, он где-то встречал его раньше и знал, что он может быть опасен. Стало быть, и господин в оперенье беркута может иметь отношение к заговору. И, вероятно, он где-то поблизости. Что если он тот, кто получал письма из тайника?
Возвращаться на место убийства бессмысленно. Эдуард и Кассиан уже ушли, и я видела, как Фаренджер дал знак убрать тело. В читальне больше никого нет. Я понятия не имела, где находятся «солнечные» покои, не стучать же в каждую дверь?
— Я могу позвать Лорда Бранхерста, — предложила Клара, она вместе с Алисией пыталась высвободить меня из платья, в котором меня заточил Эдуард.
Звучало разумно, так и решили поступить. У всех появилось дело. Клара отправилась за отцом, а мы принялись нервничать.
Отец пришел почти сразу и отослал мою камеристку с каким-то поручением.
— Не поймите меня неправильно, я ей, разумеется, доверяю, но лишние знания ей ни к чему. Чем меньше людей знает, тем лучше.
Несложно было с этим согласиться.
— Папа, нам очень нужно, чтобы ты поговорил хотя бы с Фаренджером, а лучше с его величеством.
Взгляд отца потяжелел.
— Я не видел тебя всего один день, а ты снова в гуще событий. Что вы опять натворили?
И мы вывали отцу историю про записку Сарды, смерть подозреваемого и свои догадки.
— Про убийство мне уже доложили. Не дает мне покоя, что же за услугу хвиссинец оказал. Чем его шантажировали, если он согласился на участие в таком грязном деле как переворот?
— Папа, какая разница, что там было за границей! У нас тут своих проблем хватает!
— Не скажи, что-то тут есть, — задумался отец.
— Возможно, вы правы, лорд Бранхерст, но сейчас нас очень волнует этот птичий оборотень, — мягко направила его Алисия в нужное нам русло.
— А еще нужно узнать, кто и как получил кровь его величества.
— Про послание Сарды я доложу самому королю. Тут тонкий политический момент. Сафтия — это всегда сложно, а идеронцы из Сафтии — сложнее вдвойне. Но то, что как минимум один из наследников поддерживает трон королевства, хорошая новость.