– Золотом, – равнодушно добавил Рыхлый.
Сизый Нос захлопнул открытый рот и даже не пытался теперь что-то сказать.
Народ в очереди с любопытством поглядывал на нас. Кто-то с интересом, иные – с жалостью. Но за меня точно никто бы не вступился. Мои проблемы – только лишь мои собственные. Ну еще моей злости в груди.
– Вся моя телега, вместе со шкурами и мулом не стоит этих денег, – прошипела я. Казалось если начну говорить громче, то сорвусь на грубость. Злость в груди превращалась в ярость. Пульсировала, жгла, веселилась.
– Нет? – удивленно вскинул брови Рыхлый. Окинул взглядом мула, перекосившееся колесо, потемневшие доски бортов. Затем его внимание переместилось на меня. Я пряталась от ветра в бесформенный плащ, но лицо-то и руки снаружи. А по ним легко опознать молодую девушку. – Но кое-что у тебя вполне может пойти за такую цену.
Конечно я поняла, на что намекал Рыхлый.
В первый момент холодок пробежал у меня по спине. Неприятностей не хотелось. Хотелось спокойно зайти в город, распродать шкуры и вернуться домой. Скоро сухая погода закончится, пойдут дожди. А в это время ночевать без крыши над головой не хотелось. Нужно ыбло чинить хижину.
Но тут на лице Рыхлого расплылась улыбка. Самодовольная, наглая. Мои чувства тут же переместились на второй план. Я тоже улыбнулась. Весело, многообещающе. Вот только то была вовсе не моя улыбка. То был зверь, хищник, что сидел внутри. И он почуял развлечение, добычу.
Мне захотелось тут же извиниться, развернуться и уехать. Плевать, что простояла полдня в очереди. Плевать, что до других ворот несколько часов тащиться по разбитой дороге и еще столько же стоять в очереди. Переживу даже то, что в город попаду уже затемно.
Но губы не слушались. Они продолжали улыбаться.
Что уж там подумал Рыхлый, но лучше бы ему было убраться с моего пути. Я это понимала, улавливая эхо желаний зверюги.
– Что ж, думаю, мы найдем общий язык, – объявил Рыхлый.
Окружающие делали вид, что все идет своим чередом. Им не было никого дела до дел стражи и какой-то заезжей девчонки.
– Хм… – выдала я, а воображение соседа по телу рисовало, что можно сделать с Рыхлым и его языком. Тому наверняка бы это не понравилось, а я внутренне содрогнулась.
– Отгони телегу в сторонку и пойдем, – уже совсем по-хозяйски распоряжался Рыхлый.
А из моей груди вырвался клокочущий рык.
– О! – хохотнул Рыхлый. – Нетерпеливая?
Я приготовилась рвануть к Рыхлому, приобнять его, сдавить позвонки до хруста. Или может даже оторвать ему голову? Нет сперва не голову. Хотелось поиграть!
Плавно, по-кошачьи я потянулась вперед…
Вдруг мой мул заревел, как полоумный. Дернулся так, что колеса телеги хрустнули. Меня едва не откинуло в кузов.
– Что это? Эй! Что происходит? Что это за тварь? – орал напарник Рыхлого, тыча грязным пальцем куда-то вниз.
Я с удивлением присмотрелась.
Толком разглядеть ничего не получилось. Лишь зеленый, как цвет молодой весенней травки, хвост мелькнул под копытами мула.
– Опять? – вырвалось у меня.
Толпа за спиной тихонько роптала.
– Что там такое? – прикрикнул Рыхлый на друга-пьяницу.
– Я не знаю. Оно странное. Уродливое…
– Прекращай. Ты несешь ерунду. Нет там ничего, – злился все больше Рыхлый. – А-а-а! Что это за дрянь!
Между мулом и стражей появилась странная вытянутая морда зеленого цвета. Она оскалилась и зашипела.
Теперь оба стражника орали в голос, а толпа очереди зашевелилась позади телеги.
Я вцепилась в поводья, стараясь удержать мула на месте, и осознала, что вновь управляю телом. Сосредоточилась, мельком оглянулась. Нужно было действовать быстро. Если толпа нахлынет на меня сзади, то и телегу снесут и меня. Охотников прорваться в город мимо заслона наверняка много.
Жгучее разочарование растекалось у меня по груди.
«Игра-а-ать», – обиженно протянул внутренний голос. Но я затолкала его поглубже. Драться наверняка было не время. Тем более, что уже нашелся один охочий поиграть. Зеленушка то и дело мелькала у копыт моего мула. Она то пряталась под брюхом несчастного перепуганного животного, то выскакивала и шипела на стражу.
– Это… Это… – заикался уже от страха Сизый Нос.
– Точно нечисть какая-то. Никогда таких не видел. Но что-то оно мне точно напоминает.
– Дракон, – прошептал побледневший Сизый Нос и вдруг заорал в голос. – Это дракон! Настоящий дракон!
В очереди послышались женский визг и недоверчивые мужские голоса. Кто-то предлагал подойти и помочь страже разобраться, но в следующий момент зеленая тварюшка выскочила из-под мула и бросилась прямо на Рыхлого. Уперлась кривенькими лапами в его брюхо, вперилась взглядом прямо в округлившиеся от ужаса глаза. С минуту зверюшка рассматривала стражника, а затем, медленно приоткрыла пасть и, сверкнув острыми зубками, издала жуткий крик.