– Их убили драконы. Моих родителей.
Я все еще надеялся, но вестей о пропавшем ребенке так и не было. Поэтому я оставил тебя у себя».
Я рывком распахнула дверь и вышла на улицу. Вокруг еще было темно. Середина ночи. Деревья монолитной черной громадиной обступали хижину со всех сторон. Кроны качались под натиском ветра, шумели, иногда спугивая сонную птицу.
Мокрая рубаха сразу же стала ледяной от ветра. Но это немного отрезвило меня.
Сон. Просто дурной сон.
Я глубоко вдохнула. Воздух пах листьями и немного грибами. Осень наступала.
Переодевшись в сухое, я улеглась в кровать. Думала не усну после пережитого, но провалилась в небытие мгновенно.
Наутро проснулась с тяжелой головой. Мысли о драконе не ушли, сколько не гнала. Делать ничего не могла, из рук все валилось. В лес идти в таком состоянии было еще и опасно, к тому же ребра все еще ныли хоть повязку с мазью Фрина я и накладывала.
Промаявшись полдня, я оделась и решила отправиться в деревню.
Фрин советовал развеяться. В Страду ехать далеко и долго, а деревня, вот она. Час ходу и там.
Выбрав шкуры попроще, я набила мешок. Для деревенских самое то, добротные, крепкие. Добавила вяленого мяса. А на обмен попрошу хлеба, сыра. Гвоздей вот нужно у старосты взять. Скоро зима, крышу чинить нужно. В этом Фрин точно уж прав. Лес я любила, но спать на снегу пять месяцев – то еще удовольствие.
Я хмыкнула, закинула мешок на плечи и зашагала через лес.
Деревня названия не имела. Уж больно маленькая и расположена на отшибе. Дальше из территорий Заваса только лес. Десятка два домишек. Одинаковые деревянные, одноэтажные. Крыши мхом поросли. За каждым огород. Кто-то даже отвоевал у леса приличный участок земли и устроил там поле.
Сказать, что здесь меня недолюбливали, было очень мягко. Шагая по вытоптанной десятком ног улочке, я вертела головой. Мамашки, тут же утаскивали малых детей в дома. Бабки поминали Р-Сага, а мужики глядели недобро. Вот только всем им было выгодно мое соседство, и боялись ловкую приемышу егеря.
Я помахала рукой молодому парню, что стоял у забора и широко улыбнулась старухе – его соседке. Та едва не подавилась от такой моей наглости, что-то кричала, грозила кулаком, но я уже отвернулась и шагала вперед к дому старосты.
Тот мало чем отличался от остальных построек. Разве что немного больше, шире окна, да внутри шкуры развешены по стенам в качестве украшений.
Вежливо стукнув о косяк, я толкнула дверь.
Внутри было тепло, пахло травами и похлебкой.
– Райяна, – расплылся в желтозубой улыбке староста. Оплывшая фигура, все растущее брюшко, сальные волосы. Я постаралась как можно тщательнее скрыть свою неприязнь к мужчине и улыбнулась.
– Здравствуй Ралок.
У печи хлопотала женщина с усталым, но кругленьким личиком. Не иначе как староста новую жену себе из соседней деревни привез. Куда подевалась старая, думать не хотелось.
– Давно ты к нам не заглядывала, – протянул мужчина с укором.
Я пожала плечами.
– Дела… Вот, на обмен, – я сбросила на пол мешок, ослабила завязки, показала край заячьей шкурки.
– Райяна, милая. Оставайся на ужин. Посидишь с нами, расскажешь, как там дела…
– В лесу, – подсказала я. Староста кивнул. – Да все так же: деревья шумят, птички летают, зайчики скачут.
– Уважь старика. Какие у нас еще новости в деревне? А тут охотница заглянула. Наверняка у тебя найдется немало любопытных историй.
В боку кольнуло, и в голове всплыл взгляд молодого вепря, так смачно приложившего меня к дереву.
– Да нет, все скучно и обыденно. Подстрелила, выпотрошила, обработала шкуры, засолила мясо.
Я старалась говорить монотонно, чтобы нагнать на старосту еще больше скуки.
Ралок крякнул досадливо. Уж мужчина-охотник наверняка согласился отужинать с ним, рассказал с десяток баек, и каждая была бы увлекательнее предыдущей. А у женщины все скучно, все однообразно.
– Что хочешь за шкуры?
Я перечислила. Все самое необходимое, простое и наверняка в деревне имеющееся. Крупы, веревки, немного гвоздей да мелочи всякие.
– А не многовато ли хочешь?
Голос, который раздался у меня за спиной, не стал неожиданностью. Он входил в дом крадучись, и староста даже не глянул в сторону выхода. Думал развлечение себе устроит. Но я слышала, как тихонько скрипнула дверь, стукнул каблук о порог, зашелестела грубая ткань одежды.
Даже не обернувшись ответила:
– В самый раз.
Ралок вновь крякнул. Уж он то ожидал, что я подпрыгну от неожиданности.
– Шкуры то у тебя лысые, и выделка не ахти, – продолжали противным тягучим говорком за спиной.
Я не оборачивалась, хотя стоять к подобному типу спиной и было неприятно. Инстинкты подсказывали, от него можно ожидать всего, особенно подлости.