---
День докатился до вечера, как тяжёлый камень. Сначала — возвращение домой, короткая перепалка с Марпл насчёт «грязных полов морга» и «неприличных мест для леди». Потом — собственные записи, аккуратно упрятанные в ящик письменного стола. Несколько строк Лестрейду с первыми наблюдениями. И чашка действительно крепкого чая, который Марпл выдала ей под честное слово «этот никого не убьёт, разве что от бессонницы».
— Вы выглядите довольной, миледи, — заметила экономка, когда Агата растянулась в кресле у камина с блокнотом. — Для человека, который сегодня общался с убийцей.
— Я общалась с клубом, — поправила её Агата. — Убийца был бонусом.
— И вам всё равно, — поджала губы Марпл. — Вы ведёте себя так, будто это всё игра.
Агата подняла на неё взгляд.
— А если это не игра, Марпл, — сказала она мягче, чем собиралась, — то это жизнь. И тогда мне всё равно придётся играть. Только уже на выживание. А я пока не настроена проигрывать.
Экономка вздохнула, в её глазах промелькнуло то, чего она обычно тщательно прятала: тревога, почти материнская.
— Иногда мне кажется, что я воспитываю не леди, а целый полк безумцев, — проворчала она. — Ладно. Я оставлю вас с вашими «играми». Но предупреждаю: если вы снова потеряете сознание, я сдам вас врачу, который верит в кровопускание.
— Это уже пытка, — содрогнулась Агата. — Ладно-ладно. Я буду осторожна.
Она осталась одна. Тишина дома была плотной, но не тяжёлой. Где-то на втором этаже тихо шуршала горничная. Внизу кто-то закрывал двери. За окнами шептал Лондон.
Агата дописала последнюю строку в блокноте, закрыла его и потянулась, чувствуя, как ноет спина. Корсет всё-таки не был создан для людей с совестью и привычкой к долгой сидячей работе.
Она уже собиралась подняться, когда в дверь кабинета негромко постучали.
— Войдите, — сказала она, ожидая увидеть Марпл с очередным напоминанием о приличиях.
Вместо этого лакей протянул ей на подносе конверт.
— Только что принесли, миледи, — сказал он. — Курьер ушёл, не назвав имени.
Конверт был плотный, без обратного адреса. На печати — стилизованный знак, который она уже почти ненавидела: ключ и кинжал.
— О, как трогательно, — тихо проговорила она, поднося конверт к свету. — Всё-таки нашёл мой домашний адрес.
Она сломала печать — одним резким движением, почти с удовольствием.
Внутри оказалось всего несколько строк, выведенных красивым, почти каллиграфическим почерком:
*«Леди Холмс.
Вам не следовало вмешиваться.
Некоторые двери закрыты не просто так.
Держитесь подальше от дел клуба — и, возможно, мы не встретимся.
Тот, кто желает вам добра».*
Агата прочитала, перечитала и фыркнула.
— Ну да, — сказала она вслух. — Классика жанра.
Она встала, подошла к камину, подержала письмо над огнём, пока края не начали темнеть. Потом потушила пламя, оставив половину листа целой, и аккуратно спрятала её в блокнот.
«Угрозы не выбрасывают, — отметила она. — Угрозы коллекционируют. Особенно такие хорошо написанные».
Она опустилась обратно в кресло, запрокинула голову и уставилась на потолок.
— Держитесь подальше, — повторила, копируя манерный тон письма. — Кажется, кто-то никогда не читал детективов.
В XXI веке она знала простое правило: если письмо начинается со слов «не лезь», это значит, что вы уже стоите на пороге правильной двери.
Она снова коснулась пальцами кольца.
— Фиктивный жених, — тихо сказала она в пустоту. — Тайный орден, клуб, перстни, письма с угрозами… Доктор Ватсон, вам скоро понадобится не только стетоскоп, но и бронежилет. Жаль, в этом веке их ещё не придумали.
Где-то в коридоре скрипнула половица. Лёгкий звук — как будто кто-то стоял у двери и ушёл, так и не решившись постучать.
Агата поднялась, подошла к двери, резко распахнула.
Пусто. Только лёгкий сквозняк, пахнущий ночным городом.
Она вернулась к столу, взяла перо, на чистой странице написала аккуратно:
*«Угрозы: одна.
Друзья: два с половиной (Лестрейд, Дориан и Марпл — по настроению).
Враги: неизвестное количество плюс один кулон.
Уровень адреналина: как обычно, выше нормы». *
Поставила точку и улыбнулась.
— Ну что, Холмс, — сказала она себе, — добро пожаловать в игру, где тебе официально запретили участвовать. Это лучший знак, что ты движешься в верном направлении.
А за окном Лондон дышал туманом и ожиданием. И где-то там, среди клубов, тайных обществ и слишком вежливых джентльменов, кто-то очень тщательно перекладывал ключи и точил кинжалы — не подозревая, что на его партию уже записалась леди, которая не умеет лежать спокойно.