— Лично — нет, миледи, — покачала головой Марпл. — Только один раз, мельком. Чёрный сюртук, шляпа, перчатки, платок на лице — он был тогда ранен, как нам сказали. Говорили, что он связан с… — она понизила голос, — с очень серьёзными людьми. И что такой брак — лучшая защита для леди, которая вмешивается в дела этих людей.
«Тайный орден, — мрачно отметила Агата. — Клуб любителей символов и ядов. Ну конечно. Что ещё».
— И вы всё это приняли? — Марпл пристально посмотрела на неё. — Без скандала, без сцен? Вы, которая можете устроить взрыв только из-за плохо заваренного чая?
— Удар по голове, — напомнила Агата автоматически. — Я теперь могу свалить на него всё, что угодно. Включая один фиктивный брак.
В дверь деликатно постучали.
— Войдите, — сказала она, чувствуя, как внутри поднимается что-то среднее между раздражением и любопытством.
Разумеется, это был доктор Ватсон.
---
Дориан выглядел так, будто ночь провёл не во сне, а в борьбе с чужими диагнозами и собственными мыслями. Тёмные круги под глазами, немного растрёпанные волосы, сюртук — безупречный, как всегда.
— Леди Холмс, — кивнул он. — Я надеялся застать вас за завтраком, а не за подготовкой к побегу.
— С чего вы взяли, что я собираюсь бежать? — удивилась Агата.
— Вы так смотрите на окно, — сухо заметил он. — Как человек, который оценивает высоту, угол приземления и ближайшие кусты.
Она мельком подумала, что он, к сожалению, слишком хорошо её знает. И прежнюю Агату — тоже.
— Всего лишь примеряю расстояние до Скотланд-Ярда, — отшутилась она. — Пешком или на карете — это всегда серьёзный выбор.
— Позвольте предложить традиционный вариант с колёсами, — сказал он. — Инспектор Лестрейд прислал за вами экипаж. И… — он заметил письмо на столе, — как я понимаю, не только он.
— А вы знали, что у меня есть фиктивный жених? — лениво поинтересовалась Агата, наблюдая за его реакцией.
Это было даже не совсем прилично — тыкать палкой в осиное гнездо. Но любое расследование начинается с правильных вопросов.
Дориан на долю секунды замер. Только пальцы, сжимавшие перчатки, чуть побелели.
— Я знал, что у вас есть помолвка, — осторожно произнёс он. — И знал, что вы сами настояли на определённом… формате этой помолвки.
— Удобное слово, — заметила она. — Формат. Будто речь о газете, а не о собственной жизни.
Он отвёл взгляд.
— Вы просили меня не обсуждать это, — тихо сказал он. — И… — губы дрогнули в кривой усмешке, — угрожали больше никогда не давать мне ваших записок к делам полиции, если я нарушу слово.
«Вот это на меня похоже, — подумала Агата. — Шантаж функциональными обязанностями, а не чувствами. Умница».
— А если я теперь хочу обсуждать это? — спросила она вслух. — Считайте, что официальный запрет снят.
— Агата… — он впервые за утро произнёс её имя мягко, почти осторожно. — Я не знаю, поможет ли вам этот разговор. Я был всего лишь свидетелем при подписи. Я видел лишь силуэты и слышал голоса. Ваш жених — человек, связанный с… — короткий взгляд на Марпл, — определёнными кругами, которым удобны браки по договорённости. Всё, что знаю: этот брак должен был защитить вас. И… — он сжал перчатки до скрипа, — отчасти защитить меня. Я — друг вашей семьи, но не ваша семья. Мой голос в вашей судьбе… не всегда имеет вес.
Она усмехнулась.
— Доктор, ваш голос имеет вес везде, где он звучит, — сказала она. — Иногда даже слишком.
Он хотел что-то ответить, но сдержался. В его глазах мелькнуло то, что она уже начинала узнавать: смесь восхищения, раздражения и страха за неё.
Химия.
Та самая, которой не место в кабинете врача и в голове профессионального детектива. Но которой, по закону жанра, будет только больше.
— Итак, — подвела итог Агата, — я обручена с неизвестным человеком, которого почти никто не видел, который связан с тайным обществом, и этот брак должен меня защитить от… тайного общества. Логика уровня «чтобы спасти деревню, сожжём деревню».
— Иногда, — мрачно сказал Дориан, — мир предлагает не идеальные, а единственно возможные решения.
— А иногда, — возразила она, — мир предлагает ерунду, а мы делаем вид, что это шахматный ход.
Она отставила чашку, поднялась.
— В любом случае, — сказала уже деловым тоном, — у нас есть ещё один покойник, тайное общество, кулон, который ведёт себя как сценарист дешёвого сериала, и инспектор, который надеется, что я всё это распутаю. Личная жизнь подождёт. Она и так у меня в коме.
— В вас, похоже, нет ни капли инстинкта самосохранения, — вздохнул Дориан.