Вадик опаздывал.
Ну, что ж, погнали.
Я шагнул из-за угла и направился к месту встречи. Сивый вышел из машины на мое появление и надменно усмехнулся, останавливаясь рядом с Капой.
— Дружба, — прохрипел и затянулся сигаретой, — так редко это встречается в наши дни, да, Богдан? Я тоже думал, мы с тобой друзья…
— Что-то не сходится, — хмуро бросил я, — друзья такого дерьма не творят.
— БДСМ, вали! — рявкнул Капа, приподнимаясь на руках.
— Рот закрой, Капелло, — огрызнулся я.
— Непонятная какая-то дружба, — заметил Сивый. — Возишь вечно другана своего юродивого в дерьме мордой.
— Я любя. Ты вызов принял? Зрителей, смотрю, притащил… — Пока мы вели разговор, из второй машины подтягивались «секунданты» — шестеро мордоворотов Сивого. Волчары. — Так меня боишься? Польщен.
— Не льсти себе. Вызовы уже никто не принимает в цивилизованном мире, Богдан. Это, может, на зоне тебе об этом никто не сказал…
Мордовороты заржали, Сивый довольно заухмылялся.
— Видимо, настоящие альфа-самцы только на зоне и остались, — фыркнул я, — а тут рафинированное зверье совсем нюх потеряло, раз предпочитает тащиться за больным вонючим самцом.
Смех прекратился, сменившись зубовным скрежетом Сивого.
— Отделать его, — выплюнул он неприязненно, и орава ломанулась ко мне, намереваясь напасть по-волчьи — стаей.
Я, не будь дурак, бросился к ближайшей стенке, подхватил увесистый кусок кирпича на бегу и приголубил самого прыткого кирпичом по морде. Когда я, и он кувыркнулся с щенячьим визгом, мордовороты разнообразили ассортимент подручных средств металлическими дубинками.
Где же Вадик?
— Вы — совсем идиоты?! — рявкнул я, вжавшись спиной в стенку. — Я вас сейчас раскидаю в ипостаси!
— Не раскидаешь, — послышалось от машины, и Сивый наставил в затылок Капе пушку. — Дерись, как мужик, Богдан.
— Сука, — прорычал я, но тут в пятно света от единственного фонаря робко прокрался светлый седан.
Ну наконец-то! Пока стая настороженно повернула головы к пришельцу, я оскалился:
— Смотри-ка, Сивый. Никак, следственный отдел по твою душу.
— Что?! — хрипло рявкнул Сивый, оборачиваясь. — Тебе жить надоело, Богдан?! Какой следственный?! У них ничего нет…
— Теперь — есть, — оскалился я.
И, добавляя напряжения, за белым Седаном остановился большой чёрный джип.
Вадик сейчас, зуб даю, выкатывает глаза на происходящее, но «братки» позади ждут результата — гарантии возмещения бабла. Уж не знаю, в курсе ли они плана Богдана, но действовать надо быстро.
Сивый угрюмо вытаращился на «следаков», потом повернулся ко мне и картинно сплюнул:
— Падаль ты и гнида, Богдан. Нужно было заказать тебя на зоне. — Он презрительно скривился. — Ничего ещё не конечно. Твоим наводкам — грош цена.
— Ну вот и посмотрим.
Сивый переступил через Капу и направился ко мне.
— Думаешь, сможешь спать с этим спокойно? — хрипло поинтересовался, останавливаясь в паре шагов. — Зря.
Мой зверь высказал ему громким рыком все, что думал о его угрозе, и волки дрогнули и попятились.
— Только попробуй, — добавил я весомо. — Или тебе тогда придется все же принять вызов, а не прятаться за своими волчатами.
Мы ещё поискрили взглядами некоторое время, и Сивый, наконец, кивнул своим садиться в машину. Пришибленного кирпичом подхватили под руки и потащили с поля боя, а я решил, что самое время направиться к «следакам». Капа уже дополз до кирпичной стенки и сгорбился, прислонившись к ней. Его бы к врачу, но тут вторая часть Марлезонского балета.
Вадик кому-то звонил, когда я постучал ему в стекло.
— Богдан? — вылупился он на меня, высунув нос из машины. — А где Алина? Она мне звонила, что выехала. Что тут происходит?! Кто эти люди?!
— А? Да так, — отмахнулся я. — Ты не отвлекайся. Где теща моя?
— Что? Кто?
— Виолетта Михайловна, — терпеливо объяснил я, — ты её по последним сведениям упер…
— Ты охренел?! — просипел Вадик, но тут мимо проехала тачка сивого. Медленно, как на похоронах. Мы оба проводили ее взглядами, и все бы ничего…
…только, у Сивого сдали нервы.
И из приоткрытых окон «похоронной процессии» вдруг высунулись дула пушек.
43
Вадик округлил глаза и ударил по газам. Я же успел вскочить на капот его седана, и вместе мы понесли к краю площадки под открывшуюся стрельбу, как дикий мустанг с наездником. Когда седан уперся с визгом тормозов в какой-то гараж, я перекатился к пассажирской двери, дернул ее, едва не отодрав, и выволок Вадика из салона.