И все же встреча с Мансуром немного успокоила ее. Хотя она не смогла с ним поговорить, одного взгляда хватило, чтобы увериться - с ним всё в порядке. Тревожные мысли, которые не давали ей покоя все эти дни, немного отступили, и сейчас она решила больше не искать возможности увидеться с ним. Как сказал отец, ей нужно думать о женихе, а не о прошлой дружбе.
К удивлению Стефании, Вителлий и вправду изменил своё отношение к ней. Он стал гораздо более внимателен, чем в первые дни их знакомства, и говорил с той же доброжелательностью, что и с другими, даже когда они были одни. Вителлий начал чаще предлагать ей прогулки по зимнему саду. Вместо разговоров об ошибочной политике императора или обязанностях, он вдруг начал делиться воспоминаниями из детства. Это было так неожиданно, что Стефания не знала, как теперь вести себя с ним.
Однажды они шли вдоль обледеневших дорожек сада, и Вителлий, держа её под руку, говорил с об охоте:
- Помню, когда мы с двоюродными братьями охотились в землях Греллей… О, это было весело. Я был самым младшим из всех и, конечно, самым неопытным, но именно я подстрелил первого кролика! - Он улыбнулся, глядя на снег, словно вновь переживал тот момент. - Все смеялись надо мной, а я был так горд. Представь: ребёнок, который почти не мог удержать арбалет, возвращается домой с трофеем.
Стефания слушала его, но не могла отделаться от чувства, что это лишь очередная маска, под которой прячутся неизвестные ей злые намерения. Как бы она ни старалась, она не могла забыть о том, что он говорил и делал раньше. И она была уверена: стоит ей вновь сказать и сделать что-то не то, он откроет свое истинное лицо.
Она могла лишь надеяться, что однажды он начнет ценить её больше и станет хорошим мужем. Но сейчас Стефания не могла до конца поверить в его искренность.
Когда Вителлий предложил снова навестить Бусинку, Стефания почувствовала смятение. В его приглашении не было ничего странного - ведь она сама сказала ему, что лошадям нужно внимание. И Вителлий сам взял на кухне морковь и немного сушёных яблок, чтобы угостить Бусинку. Однако мысль о том, что они могут вновь встретить Мансура, не покидала её.
Но, конечно, она не осмелилась отказаться. Стефания не хотела, чтобы кто-то подумал, что раньше она ходила туда лишь ради Мансура.
Она едва скрывала свое волнение, пока они шли к конюшням. Она боялась, что Вителлий заметит это, но он с увлечением говорил о породах лошадей, которые считал наиболее удачными.
- Знаешь, - говорил Вителлий, будто не видя её переживаний. - Мне особенно нравятся лошади, выведенные в северных землях. Они выносливые, сильные, с мягким шагом. Я уверен, тебе они тоже понравятся. Этим летом я раздобуду для нас одну такую…
Стефания кивала, делая вид, что слушает. Но что, если они снова встретят Мансура? Что он подумает, увидев Стефанию и Вителлия вместе? И как отреагирует Вителлий, если она выдаст свои чувства? Потому Стефания надеялась, что Мансура не будет поблизости.
К сожалению, судьба вновь решила подшутить над ней. Но увиденное было совсем не тем, что ждала Стефания.
Мансур шел к конюшне с противоположной стороны. Он был задумчив и смотрел на тропу под ногами. Стефания ждала, что вот он поднимет взгляд и увидит её. Но он обернулся, будто на чей-то зов, остановился и улыбнулся. Из-за угла рядом с ним появилась служанка. Стефания узнала её - это была та девушка, которую Мансур поцеловал в тот день на тренировочной площадке. Служанка бросила корзину на землю и бросилась к Мансуру, обняла его за шею и потянулась к его губам. Он положил руки на её талию и…
Стефания отвернулась. Её сердце больно сжалось в груди. Оказалось, что всё те чувства, которые она испытывала и ждала от Мансура, не были настоящими. Они были ложью, которую она придумала сама. И теперь, когда эта иллюзия осыпалась осколками, она больно ранила Стефанию.
Она подошла к Бусинке, погладила её мягкую шею и протянула горсть сушеных яблок. Стефания старалась не выдать своих чувств, но пальцы предательски дрожали.
Вителлий заметил её беспокойство.
- Что-то случилось? - спросил он.
Стефания подняла на него взгляд. Мог ли он это подстроить? Мог ли он нарочно привести её сюда, чтобы показать эту сцену?