В комнате не было ничего для того, чтобы оказать первую помощь. И Стефания стирала кровь с кожи Мансура белоснежными вышитыми платками и безжалостно рвала на полосы шелковые шарфы, чтобы перевязать раны.
Стефания еще не закончила с перевязкой, как он вдруг схватил её за руку. Она посмотрела на него, и лишь когда их взгляды встретились, Мансур расслабился и отпустил её.
- Почему я здесь? - спросил он хриплым голосом.
- Тебе было опасно оставаться в твоем доме. Маг из Башни уже пришел в поместье. Здесь он станет искать в последнюю очередь.
Она аккуратно взяла артефакт, который дал ей Баньян, и надела его на шею Мансура. Теперь, когда с перевязкой почти закончено, она не боялась потерять или повредить заветное кольцо.
Мансур чуть приподнял голову, позволяя ей надеть на него шнурок с артефактом, но не сводил с нее внимательного взгляда.
- Ты ведь знаешь, кто я... Почему ты не боишься? Зачем помогаешь мне?
- Как я могу тебя бояться, Мансур? - спросила его Стефания и потянулась за полоской ткани, чтобы перевязать последнюю рану. - Я не могу поступить иначе. Я…
Она посмотрела на него, но так и не смогла сказать о том чувстве, что испытывала к нему. В последние дни слишком много произошло, чтобы она так просто могла признаться, что именно он самый дорогой человек в её жизни.
- Ты сам говорил, что оборотни не такие плохие люди, как о них думают, - сказала она совсем не то, что хотела. - Наверное, ты прав. И я готова оказать вам поддержку.
Мансур откинулся на подушку и уставился в потолок. Думал ли он о ее словах с благодарностью или же уловил отголосок невысказанных чувств, ей было не понять.
- Тебе не стоило этого делать, - наконец сказал он. - Если меня найдут в твоей спальне, тебе конец. Репутации и, возможно, жизни.
Стефания хотела было возразить, но прежде чем она успела обдумать и произнести хоть что-то, раздался стук в дверь.
- Леди Стефания? - снаружи раздался голос её личной служанки. - Могу я войти? Маг уверен, что оборотень спрятался где-то в доме и собирается обыскать каждую комнату. Леди Хиншельвуд велела, чтобы вы были одеты подобающе, так как он скоро будет здесь. Я пришла помочь вам.
Стефания замерла, уставившись на дверь. Маг понял так быстро, где спрятался оборотень?
- Не беспокойся, я справлюсь сама, - ответила она.
Когда шаги служанки стихли за дверью, Стефания осмотрела комнату.
Мансур сейчас был слишком слаб, чтобы покинуть дом, и Стефания понимала, что маг уже готов к его возможной попытке сбежать. Времени оставалось совсем мало, и всё, что пришло Стефании в голову - спрятать Мансура в шкафу. Шкаф был массивными достаточно большим, чтобы вместить взрослого человека, пусть и ему и придется поджать ноги.
Стефания быстро постелила одеяло внутри и, поддерживая Мансура, помогла ему перебраться туда. Он едва держался на ногах, но, несмотря на всё, его лицо осветила слабая улыбка.
- Я буду сидеть тихо, - пообещал он, когда Стефания аккуратно закрывала дверцы шкафа.
Он в панике оглядела комнату, которая была в ужасающем состоянии. Кровь на полу и разбросанная окровавленная одежда красноречиво говорили о том, что здесь произошло. Она стала быстро всё убирать, стирая пятна с пола и пряча вещи, которые могли выдать Мансура. С трудом сняла свое платье, которое также было испачкано кровью.
Служанка снова постучала в дверь, напомнив о скором приходе мага. Времени, чтобы одеться снова, у Стефании не осталось, а пригласить в помощь служанку было опасным. Потому поверх нижней сорочки Стефания накинула свободное домашнее платье. Сейчас поздний вечер, куда естественнее ей готовиться ко сну, а не ждать гостей в подобающем для этого виде.
Ещё раз осмотрелась по сторонам, выискивая малейшую деталь, которая могла бы привлечь внимание. Посмотрела на шкаф. Конечно, это не то, что может скрыть оборотня от проницательного мага Башни. Наверное, будет чудом, если он не почувствует здесь присутствие Мансура.
В этот момент Стефания вспомнила о талисмане с хризантемой, который ей подарила прорицательница. Она открыла шкатулку, где среди сияющих камнями украшений лежал деревянный кругляш. Он изменит судьбу лишь раз. Но может именно сейчас тот момент, когда Стефании не справиться без его помощи.