Стефания поспешно согласилась, чтобы мать не стала спорить и задерживаться в её комнате.
Позже к ней пришёл Вителлий. Слова заботы и сочувствия казались еще более фальшивыми, чем раньше. Теперь Стефания знала о его связи со служанкой и о том, о чем он сговорился с ней. А будто случайно брошенная фраза, что именно Мансура - друга детства Стефании - теперь ищет маг, еще больше усилило это чувство.
Вителлий даже предложил выйти и прогуляться с ним, чтобы развеяться. Но Стефания сдержанно отказалась, сославшись на слабость и необходимость покоя.
Приходила и Амелия. Стефании было совестно, что она вынуждена любыми уловками избавиться от компании сестры. Но она боялась, что кто-то может заметить Мансура, даже мельком увидеть что-то подозрительное. К счастью, никто ничего не понял.
Когда Стефания оставалась одна, снова возвращалась к Мансуру. Она даже смогла заменить повязки на ранах, которые, к её удивлению, уже начали немного заживать. Мансур и правда выглядел теперь на удивление бодрым.
Между тем, время отведенное им, подходило к концу. За окном начало смеркаться, и Мансур встал, чтобы уйти.
Стефания достала его одежду. Она была в плачевном состоянии: рубашка и брюки порваны и испачканы кровью. Но раздобыть что-то другое сейчас было невозможно. Среди своих вещей Стефания нашла свободный тёмный плащ, подбитый мехом. Он был сделан для тонкой женской фигуры и будет коротковат для Мансура, но это лучше, чем ничего.
Стефания искоса поглядывала, как Мансур одевается. Он неторопливо натянул на себя рубашку и теперь одну за другой застегивал пуговицы, смотря в одну точку, будто о чем-то задумался. Стефания попеременно то краснела, то бледнела, вспоминая, как накануне сама сорвала с него одежду, не слишком заботясь о целостности застежек, а сегодня часто прикасалась к его обнаженной коже, не испытывая стеснения. Так от чего теперь стыдится посмотреть в его сторону?
Мансур закончил свое нехитрое занятие, с благодарностью принял её теплый плащ и подошел к окну. Стефания вновь испытала чувство неловкости: единственный человек, кому она могла доверять, должен уйти будто вор, не через дверь, а спрыгнув со второго этажа. Он молча распахнул окно и выглянул в сад. Даже сейчас Мансур думал о безопасности Стефании больше, чем она сама. Никто не должен видеть, как он вылезает из окна её спальни.
Однако Мансур медлил и не торопился покинуть её комнату. Оглянулся и посмотрел на неё - пришла пора прощаться.
- Пойдем со мной, - вдруг сказал он и протянул ей руку.
Стефания подняла глаза и встретилась с его взглядом. Он был полон решимости сделать то, о чем говорил - забрать её отсюда. Но куда?
- Я выполню то, что обещал когда-то, - сказал он, пристально глядя на Стефанию. - Я стану тем, кто достоин твоей руки, Стефания.
Почему он вспомнил о детской клятве сейчас? Но теперь это обещание перестало быть детской игрой, а ставки оказались выше, чем Стефания могла себе представить. Произошедшее накануне было тому доказательством. Внутренности сковал ужас, и она едва удержалась, чтобы не отступить назад.
К тому же она помнила о Марте. Наверное, увиденное в тот день навсегда останется между ними. Разве может она быть уверена, что сердце Мансура не принадлежит теперь другой? Разве может она цепляться за слова сказанные когда-то, если сегодня они могли потерять значение?
Мансур заметил отражение эмоций в ее взгляде. Он сжал пустую ладонь и опустил руку, но так и не отвел от девушки взгляд. Воздух в комнате будто стал прохладнее, и не только от того, что мороз с улицы проник в комнату.
Вдруг в дверь постучались. Стефания резко обернулась на громкий звук. А когда вновь посмотрела перед собой, Мансура уже не было. Стефания подбежала к окну, но и в саду было пусто.
Неужели он теперь думает, что она отказалась от него?
Ей так хотелось сказать ему обо всем, услышать его слова. Пусть даже его оправдания могли быть нелепыми, Стефания поняла, что готова была поверить в них. А теперь, когда Мансур ушел у нее осталось лишь сожаление.
Но сейчас не время переживать об этом. Она торопливо закрыла ставни, и подошла к двери. Стук стал требовательнее.