– Я вовсе не думаю, что ты способна на это, – Эмили знала, как важны ее слова для сестры. – Тем не менее это случилось, и Рис-Джонс опять одинок и несчастен. Ты можешь подождать некоторое время, а когда он справится с потерей и захочет окрасить свою жизнь в более радужные цвета, окажешься рядом и попытаешься стать ему для начала хорошим другом…
Своими словами леди Гренвилл надеялась удержать сестру от каких-либо необдуманных поступков, но она опоздала.
– Сегодня я открылась ему.
– Ты сделала… что? – Эмили надеялась, что не так ее поняла.
– Я сказала, что люблю его! – Кэролайн понравилось это ошеломленное выражение лица Эмили. – Мне показалось, это знание ободрит его, поможет сохранить рассудок, если ему вдруг захочется лишить себя жизни. Разве это не повод оставаться на этом свете? Если кто-то любит тебя?
Как позже честно записала в своем дневнике леди Гренвилл, первым посетившим ее чувством была зависть, а удивление следовало за ней по пятам. «Моя младшая сестра не побоялась признаться в любви человеку, которого видела лишь несколько раз за последние три месяца, а я не осмеливаюсь объясниться с мужем после почти пяти лет брака! Притом что люблю его в два раза дольше!»
Кэролайн терпеливо ждала, когда старшая сестра придет в себя после услышанного. Девушка и не подозревала, что Эмили думает вовсе не о ней, а о себе. Наконец, леди Гренвилл вернулась к действительности.
– Что же было дальше, скажи же мне! Что ответил тебе Рис-Джонс?
– Кажется, сперва он решил, что все это ему только снится. Последние дни он словно был в бреду или внутри кошмарного сна, – Кэролайн не собиралась пересказывать сестре все подробности, но кое-что готова была открыть. – Потом он сказал, что лучше бы я полюбила кого-нибудь другого.
«И в этом я с ним полностью согласна, – подумала леди Гренвилл. – Вот только этого может не случиться, если чувства Кэролайн так же глубоки, как мои собственные. Филипп – достойный человек, он не станет насмехаться над моей сестрой и делать ее признание достоянием посторонних. Может быть, его слова несколько отрезвили ее? Мне бы этого хотелось».
– А затем пришла Джейн и увела меня, – кажется, Кэролайн говорила что-то еще, но Эмили отвлеклась на собственные мысли, а переспрашивать сестру не решилась из боязни обидеть ее.
– Не лучше ли будет тебе вернуться домой? Присутствие в Гренвилл-парке Кэтрин Рис-Джонс будет напоминать тебе о ее брате, и ты станешь часто расстраиваться.
– Но ведь он непременно навестит сестру, и я смогу с ним увидеться! Пожалуйста, Эмили, не отсылай меня! Я обещаю вести себя скромно и не повторю той сцены, что произошла в доме твоих друзей. Я и сама не знаю, как не смогла сдержаться, но я до сих пор не могу успокоиться, когда думаю о том, что кто-то подозревает Филиппа в ужасных преступлениях!
– Если ты хочешь остаться, тебе придется научиться сдерживать себя! – Эмили заговорила строже. – С каждым днем подобные разговоры станут вестись все чаще и чаще, уже вчера ты могла заметить, как холодны были с Рис-Джонсами соседи, лишь недавно приглашавшие их на свои зимние балы. В окрестностях Торнвуда давно не случалось никаких происшествий, никто не давал поводов для сплетен, и люди с жадностью ухватятся за возможность вновь вернуться к такой щекочущей нервы теме, как убийства. Тебя не было здесь, когда лорд Мортем совершил преступление, и ты не представляешь, как судачили о нем почти в каждой гостиной на много миль в округе. Если хочешь помочь Филиппу и не погубить свою репутацию, не выступай слишком горячо в его защиту, прошу тебя!
– Ты говоришь так серьезно! – Кэролайн зябко подтянула рукава ночной рубашки.
– А все это и есть серьезно! Подумай над этим хорошенько, милая, и, если ты не уверена в себе, возвращайся домой, пока какая-нибудь новая история не завладеет вниманием наших знакомых!
– Я не уеду, пока есть возможность видеться с мистером Рис-Джонсом! И я хотела бы подружиться с Кэтрин, мы же собирались вместе отправиться в Лондон, ты забыла?
– Вовсе нет, – Эмили уже думала, не лучше ли вернуться к первоначальному плану и увезти девушек подальше от Рис-Джонса и пересудов, но пока не могла настроиться на беззаботное времяпровождение. – Но мне бы не хотелось уезжать прямо сейчас, да и Кэтрин, возможно, не захочет оставлять брата совсем одного. Мне показалось сегодня, Меллотты не собираются оказывать ему родственную поддержку.