– Я не знаю о ее планах, возможно… – протянула леди Гренвилл и поторопилась закончить разговор.
«В последнюю нашу встречу за обедом у Пауэллов доктор Вуд рассеял мои сомнения, заявив, что Эмили ничуть не похожа на женщину, ожидающую появления на свет ребенка. И все же она ведет себя странно вот уже несколько месяцев, – оставшись один, лорд Гренвилл собирался написать поверенному, но не спешил брать в руки перо. – Конечно, мы все немного изменились после всего, что происходило на наших глазах, но моя жена стала совсем, совсем другой. Ее преувеличенное веселье сменяется слезами, наша кухарка не успевает готовить желе и торты, да еще эти разговоры о детях! А я считал, что благодаря поездке на курорт она полностью оправилась от своих переживаний из-за истории с Мортемом и горничной. Неужели смерть мисс Несбитт так сильно поразила ее? Что, если ее рассудок не готов к таким потрясениям? Возможно, я зря отказался ехать с ней в Лондон?»
Подумав еще немного, лорд Гренвилл решил вновь посоветоваться с доктором Вудом, теперь уже относительно душевного здоровья своей супруги.
– Март в Лондоне – не самое приятное время, – миссис Пейтон постаралась занять ближайшее к камину кресло. – Я завидую Генри и Сьюзен, они уже так далеко от лондонской грязи…
– Боюсь, пока они доберутся до Богемии, им придется немало страдать от размытых весенним дождем дорог, – леди Гренвилл поглядывала на дверь в ожидании Хетти с чайным подносом.
Обе дамы недавно вернулись из театра и сейчас чувствовали усталость людей, выполнивших не слишком приятный, но важный долг. Пьеса оказалась скучной, но лондонские знакомые леди Гренвилл так восторгались ею, что Эмили и Дафна сочли необходимым посмотреть ее.
– Кэролайн оказалась самой разумной из нас, – миссис Пейтон прищурилась, что-то вспоминая. – Кстати, она так и не рассказала тебе, что было в том письме?
Утром для леди Кэролайн доставили письмо, и она тотчас ушла с ним в свою комнату. У ее сестры и Дафны не было сомнений относительно автора послания, но позже, за обедом, они так и не смогли по выражению лица юной леди определить, обрадовало ее сообщение или же огорчило.
– Увы, нет, и я понимаю, что боюсь расспрашивать ее, – созналась Эмили. – Что, если она сообщит о своей помолвке с Филиппом Рис-Джонсом?
– Это невозможно, дорогая, тебе не стоит волноваться! – рассмеялась миссис Пейтон. – Не говоря уж о том, что Рис-Джонс всего полтора месяца назад лишился очередной дамы сердца, твои родители ни за что не позволят Кэролайн выйти за него замуж!
– Поэтому я и беспокоюсь. Что, если она решится на побег? – Хетти, наконец, принесла поднос с чаем и бисквитами, и леди Гренвилл ненадолго прервала разговор.
– Рис-Джонс не похож на человека, который за один год может влюбиться четыре раза! – хмыкнула Дафна и потянулась к чайнику. – Не могу себе представить также, чтоб он сбежал с юной леди, чтобы тайно обвенчаться. Он слишком серьезный для этого!
– А представить, что его подозревают в двух убийствах, ты можешь? – Эмили не поддержала ее насмешливого тона.
– В нем есть что-то от лорда Мортема, – рука миссис Пейтон замерла над молочником. – Про того мы ведь тоже не могли подумать, что он способен на такое… Нет, я не утверждаю, что Филипп виновен, есть еще этот жуткий брат мистера Несбитта, если уж подозревать кого-то, кроме обычного разбойника.
– Разбойники в Эссексе теперь как раз необычны, – возразила ее подруга. – Я не сомневаюсь в том, что мисс Гринлоу стала жертвой неудавшегося грабежа, но случившееся с мисс Несбитт не дает мне покоя… Пробраться в чужой дом в день бала – разве это не безрассудство?
– Может быть, вор оказался глупцом, – Дафна пожала плечами. В череде развлечений Лондона убийство мисс Несбитт уже не казалось ей занимательной темой. – Подумай лучше, что ты будешь делать, если Рис-Джонс явится сюда! Ты примешь его?
– Ох, я не знаю… В последнем письме наша мать ясно заявила о своем намерении тотчас вернуть Кэролайн домой, если только услышит, что этот негодяй, как она зовет Филиппа, бывает у нас.
– Кэролайн должна была написать ему, чтобы не вздумал приезжать. Их переписка само по себе явление недопустимое, тебе не кажется? Ты можешь запретить ей отвечать на письма?
– Боюсь, я ничего не могу поделать, – как Эмили не хватало Джейн с ее разумными советами! – Кэролайн всегда слушала наставления Луизы, но мои проповеди ее только раздражают. Я бы не хотела ссориться с ней, иначе я навсегда лишусь надежды на ее откровенность.