Констебли тотчас удалились исполнять приказ, а Миллз остался в ожидании, пока горничная не принесет плащ мисс Рис-Джонс. Доктор Вуд усадил Кэролайн на небольшую софу в оконной нише и предложил леди Гренвилл тоже присесть, но Эмили отказалась, несмотря на то, что в последние два часа боль в ноге усилилась. Она продолжала стоять рядом с Кэтрин Рис-Джонс, которую суперинтендент осторожно расспрашивал о характере ее брата, его поведении на сегодняшнем балу и в тот день, когда в саду нашли тело мисс Несбитт.
Мисс Рис-Джонс отвечала неуверенно, она явно стремилась представить брата в выгодном свете, но только еще больше запутывалась, как с болью отмечала миссис Логан, время от времени расстроенно поглядывавшая на леди Гренвилл. «По ее словам можно подумать, что он подвержен вспышкам ярости, часто наносит обиды сестре и тетушке, пугает слуг своей несдержанностью, – Эмили знала, что сомнения и неуверенность Китти суперинтендент Миллз трактует так, как ему удобно. – Она как будто боится его и старается это скрыть. О, Кэтрин, лучше бы тебе помолчать! Почему доктор Вуд не дал ей снотворного?»
Миллз уже трижды нетерпеливо посмотрел в сторону коридора, в котором исчезли констебли, когда из кабинета Рис-Джонса, наконец, вышел лорд Гренвилл в сопровождении мистера Блэквелла. Эмили тоже была удивлена этой задержкой, но еще больше она удивилась, когда ее супруг обратился к суперинтенденту:
– Мистер Рис-Джонс решительно настаивает, что не пытался причинить зло леди Кэролайн Уитмен, он ждал встречи с ней в оранжерее, но он согласен поехать в Торнвуд и рассказать все, что ему известно об этом ужасном происшествии. Однако прежде он хотел бы поговорить с моей женой.
– С леди Гренвилл?
– Со мной?
Слова Миллза и Эмили прозвучали одновременно. Кэролайн вскочила на ноги, Кэтрин и миссис Логан ахнули, а Уильям лишь пожал плечами, отметая любые вопросы.
– Совершенно верно, он желает сказать несколько слов леди Гренвилл.
– Почему не мне? – пробормотала Кэролайн, но ее услышал только доктор Вуд.
– Что ж… – Миллз сделал вид, что раздумывает, пытаясь скрыть растерянность под маской серьезных размышлений. – Возможно, он скажет вам, леди Гренвилл, что-то важное. Если лорд Гренвилл не считает, что подвергает вас опасности, позволяя приблизиться к убийце, я не стану возражать.
– Бога ради, Миллз! – раздраженно отозвался лорд Гренвилл. – У Рис-Джонса связаны руки, рядом с ним находятся два констебля и полковник Дейл! Не думаю, что он сможет причинить зло моей жене, которую считает своим другом.
– Я бы не стал доверять словам такогозлодея, – проворчал Миллз. – Я пойду с вами, леди Гренвилл, но буду держаться на расстоянии, достаточном, чтобы ваш разговор не был услышан.
– Рис-Джонс не настаивал на беседе наедине, – заметил мистер Блэквелл. – Он просто хотел сказать несколько слов леди Гренвилл.
– Вот как! – суперинтендент посмотрел сначала на Эмили, потом на ее сестру. – Странно все же…
Леди Гренвилл не стала ждать, пока Миллз закончит фразу. Чем скорее она услышит все, что желает сообщить ей Рис-Джонс, тем скорее этот кошмар закончится.
– Я скоро вернусь, экипаж уже ждет нас, – она подошла к лорду Гренвиллу и вгляделась в его усталое лицо. – Доктор Вуд поедет с нами, его помощь может потребоваться. Думаю, завтра приедет матушка…
Уильям понял ее тотчас и кивнул, не выдавая своего недовольства предстоящими объяснениями с матерью своей жены.
Эмили в сопровождении суперинтендента свернула в коридор, из которого только что вышли лорд Гренвилл и мистер Блэквелл.
29
Было уже утро, когда леди Гренвилл легла в постель. Не выдержавшая напряжения Кэролайн уснула в карете, уткнувшись носом в плечо сестры. Лорд Гренвилл и доктор Вуд дремали или притворялись спящими, и лишь Эмили не переставала думать о том, что случилось этой ночью.
«Что ж, выходит, я напрасно сомневалась в Джейн, – мысль о том, что ее подозрения были ошибочны, пришла в голову молодой женщины не сразу и должна была принести облегчение, но почему-то не приносила. – Кажется, ради Кэролайн я бы предпочла, чтобы мисс Несбитт погибла от руки моей лучшей подруги! Знать, что человек, которого ты любила с девяти лет, безумный убийца – каково это? Сумеет ли моя бедная сестра оправиться от такого удара? Сейчас она еще не осознает всю глубину этой бездны, кошмарная правда только прорастает из почвы, удобренной ее слезами, и вскоре в ее тени окажемся мы все. Был ли Филипп всегда слаб рассудком, или смерть мисс Гринлоу так поразила его? Каким искренним он выглядел, когда говорил со мной! Я знаю, что не должна ему верить, но что-то в душе не позволяет мне увидеть в нем убийцу!»