Возникала крамольная мысль, вместо того чтобы вечером идти и заниматься спасением неблагодарного короля – поискать кухню или кладовую с продуктами. Это уж точно будет полезнее, чем волочиться за неблагодарным тираном. Впрочем, тиран из него был никудышный. Хоть и довольно привлекательный.
Мысли о мирате тут же потеснили недовольный желудок. Снова почувствовала стальную руку обиды, сжавшую горло. Вспомнила, как любезно он общался со своей соседкой по столу, когда я сидела в изоляции, еще и с пустой тарелкой, и тут же к обиде получила укол ревности. Чтобы ослабить спазм в горле, попробовала вздохнуть, но не получилось. Мышцы как будто превратились в камень и никак не хотели расслабиться.
Бухтенвиль со своей подругой наблюдали за мной из-под кровати. Видимо, вид у меня был настолько злобный, что даже черепаха решила посидеть молча, и не лезть с расспросами.
― Ну и дура же ты, Рената, ― сказала, обращаясь к стене. ― Не могла потерпеть?
Вопрос был риторическим, и я тут же пожалела о том, что не держала язык за зубами.
― Я догадывался, что вы не Эмилия, ― от неожиданности и испуга я подпрыгнула.
Король стоял за спиной и внимательно смотрел на меня. Лицо Тирана выглядело сосредоточенно, даже сурово. Глаза сузились, между бровями появилась вертикальная морщинка. Сердце забилось как у зайца, за которым гнался волк.
― Рената? ― спросил он, выждав несколько секунд.
― Так меня называли раньше.
Рассказывать о своем попадании я откровенно боялась. Как в этом мире отнесутся к такой новости узнавать на собственной шкуре не хотелось, помня истории про ведьм и инквизицию.
― Твой император должен был провести родовое расследование, прежде чем дать тебе имя и титул.
― Он провел, ― кивнула, подбирая слова. ― Но я ничего не помню об Эмилии и ее семье. С Ренатой мы знакомы ближе.
Король не ответил. Некоторое время мы стояли молча друг напротив друга. Догадаться, о чем думал мират было невозможно. Я себя поймала на ощущении стыдливого страха. Стало не по себе от мысли, что моя утренняя выходка может вызвать в нем разочарование.
― Я должен извиниться перед тобой, ― наконец-то произнес мират. ― Понимаю, ты разочарована. Мне бы хотелось загладить свою вину и….
― Давай просто поедим, ― перебила короля. ― Я последний раз ела, когда ты был похож на мумию.
Глава 23.
Тем временем….
Чтобы добраться до нужного дома не привлекая к себе внимания, фигуре в черном балахоне пришлось воспользоваться тремя короткими порталами. Сначала неизвестный вышел возле крохотной деревни в долине Тридери и с досадой обнаружил, что сухая долина покрылась зеленой травой, а возле заброшенных домов появились фигуры миратов. Магия наполняла иссохшую землю быстрее, чем низвестный рассчитывал. Жители королевства, чувствуя изменения, спешили вернуться домой.
Второй сюрприз ждал в городке Ракитав. Он расположился возле границы с королевством Вархаев. К счастью Мардаров ближайшее поселение вархаев находилось за горами Виратарак, и это позволяло сохранять тайну о плачевном состоянии короля от соседей. Сегодня пригранчный город как будто ожил. Впервые за пять лет здесь зажглись магические огоньки и в воздух поднялись наблюдатели. Это говорило о том, что магии у фонарщиков стало достаточно, чтобы наполнять артефакты. И чем больше он видел признаков оживления королевства, тем больше нарастала злость в груди.
Последний портал привел его во двор небольшого особняка. Дом стоял вдали от города Бадирам, на краю отвесной скалы. Добраться туда можно было только порталами и мало кто из окрестных городков мог похвастаться тем, что хоть раз видел обитателей этого дома живьем.
Встречать гостя вышла пожилая мирата. Она явно была ему не рада, но прогонять не стала. Рукой показала на вход в дом и внимательно проследила за тем, чтобы он прошел в гостиную, где его уже ждала хозяйка особняка.
Домом владела леди Пиратор. Это была полукровка, дочь обычного человека и мираты. Правда, внешне от людей она отличалась только ростом и выносливостью. Гены отца оказались сильнее, и от матери леди пиратор ничего не унаследовала. После смерти отца она распродала все, что досталось ей от родителя и перебралась в особняк покойной матери. Здесь и провела последние пятнадцать лет, стараясь почти ни с кем не контактировать. За исключением своей компаньонки и гостя, вошедшего в гостиную.
― Как так вышло? - задумчиво спросила Пиратор. - Десять лет. Десять лет трудов в огненную топку!