Как вдруг птицы исчезли, а ноги оторвались от земли.
Тиран
Он чувствовал ее боль, ее страх, даже крик охотничьих биларонов. Но этого было недостаточно, чтобы ее найти. Но самым ужасным было то, что он слышал собственный голос, который пытался заманить женщину в смертельную ловушку. Так, голоса самых родных и близких слышали убийцы, оказавшись здесь. Одна из самых жестоких иллюзий полей.
Чем больше времени он находился в трансе, тем меньше шансов оставалось на то, чтобы ее найти. Он уже почти отчаялся, как в этот момент, услышал истошный крик женщины, крутящейся в вихре смертельного смерча с двумя амразарами. Магия кроля тут же метнулась к женщине. На это движение среагировали и звери. Перебирая в воздухе лапами, они как будто пытались до нее добраться раньше. Тиран сделал усилие и одним рывком перехватил женщину.
В этот момент, в ритуальном зале, раздались испуганные вскрики. Участницы отбора завизжали, свидетели отпрыгнули назад, леди открыла глаза. В руках, за шкирку словно щенков, она держала двух амразаров. Звери скалились, глядя на миратов, из пастей их капала грязь, вместо слюны. Тиран осторожно взял ее на руки и сказал:
― Я верну их в поля.
― Только посмей, ― рыкнула женщина, как будто только что не была на грани смерти, ― они моя добыча!
В обители повисла тишина. Мираты даже двигаться боялись, чтобы не спровоцировать магических монстров. Тиран, с женщиной на руках опустился в центр зала и громогласно оповестил:
― Отбор окончен!
В воздухе вспыхнула золотая печать. Он хотел назвать имя избранницы, чтобы наконец-то прекратить этот балаган. Брачная печать и так уже обжигала плечо. Но в этот момент случилось то, чего никто не ожидал.
― Отбор не действителен! ― знакомый голос разорвал тишину. ― Я требую право пары!
Свидетели расступились и Тиран увидел Аниту, ведущую за руку маленького растерянного мирата.
Рената
История называлась «из огня да в полымя». По крайней мере, так когда-то любила выражаться моя бабушка. Претендентки прижимались друг к другу, глядя на волков, свидетели стояли в полной растерянности, какая-то мирата требовала «право пары». Ребенок, державший ее за руку, был на грани истерики. И я его понимаю, я и сама бы сейчас с удовольствием покричала.
― Право пары и права на трон! ― добавили мирата. ― При свидетелях Мисара!
В это время я пыталась сориентироваться в обстановке, но даже не понимала, в каком физическом положении сейчас нахожусь. И только когда король поставил меня на ноги, и лапы волков коснулись пола, я поняла, какие они все-таки тяжелые!
― Для кого ты требуешь права на трон?! ― прогремел голос короля.
По залу прошлась магическая вибрация. Только сейчас я смогла сфокусировать взгляд и посмотреть на мирату. Я не могла назвать ее красавицей, но внешность была запоминающейся и даже «воздушной». Клиновидное лицо, светлая кожа, глазки – бусинки, маленький пухлый рот. Мальчишка – мират был явно ее сыном. Такая же светлая кожа, такой же змеиный капюшон, начинающийся от основания шеи, маленькие глазки. Ребенок был напуган.
― Для сына Тирана Мардара! ― она толкнула мальчишку вперед. Ребенок нехотя подчинился, с опаской глядя на волков.
Я бы хотела сказать, что они безопасны, но потом вспомнила, что знакомы с собаками мы совсем недавно, и только покрепче сжала шкуры, как будто могла их удержать. По залу пронесся тревожный «ох».
Один из свидетелей оглянулся, и я увидела Инфантов, стоящих вдоль стен. Они явно ничему не удивлялись, в отличие от меня.
― Это мой сын? ― спросил король.
― Ильд Мардар, ваше Величество! ― с гордостью заявила мирата. ― Единственный наследник вашей крови, рожденный от истинного брака!
― Ты десять лет скрывала наследника дома Мардаров?
После этих слов, до меня вдруг дошло, что передо мной та самая Анита с ребенком. Сердце буквально рухнуло в желудок. Волки синхронно зарычали, ребенок испуганно хотел спрятаться за мать, но та не дала ему этого сделать.
― Я была вынуждена родить тайно! ― голос Аниты дрогнул. ― Мой король, ― она низко склонилась перед Тираном, ― если бы вы знали, сколько боли и слез мне пришлось перенести, чтобы спасти наше дитя.
Волки поднялись на лапы и попытались сделать шаг вперед, удержала я их только потому, что между миратой и мной стоял ребенок. Он точно был не виноват в том, что сейчас происходило. И в ревности, которая начала разъедать мне живот. По спине снова пробежала неприятная дрожь. Теперь до меня окончательно дошло, что передо мной стояла та самая победительница первого отбора с ребенком от короля.