― Не могли бы вы вернуть грызунок моей шали? У нее режутся зубы. Матушка говорила, что он помогал мне во время прорезывания весенних клыков.
― Конечно, ваше Высочество!
Я подошла к кроватке и протянула малышке грызунок. Она тут же его схватила и потянула в рот.
― Вы знаете, что вам нельзя наедине встречаться с шали до тех пор, пока у нее не появится метка?
Принц задумчиво кивнул. В том, что малышка была его парой, я не сомневалась. В противном случае, мы бы уже давно объясняли императору, почему его сын валяется в монастыре без сознания. Но правила оставались правилами.
― Это разумное замечание. Я, как будущий император обязан соблюдать законы империи. Если вы, настоятельница, позволите сохранить мой поступок в тайне, я, даю слово, что этого больше не повториться. И впредь, все мои встречи с шали будут согласованы с вами и со свидетелями.
― Если Леди сочтет такой вариант допустимым, ― кивнула настоятельница.
― Это будет разумным решением, которое устроит нас всех, ваше высочество.
К этому моменту Байрон успокоился и сел. Господи, как хорошо, что он не умеет говорить!
― Благодарю за понимание, ― отозвался принц. ― Могу я спросить?
Взгляд будущего императора впился в мое лицо. Стало немного не по себе. Впрочем, от взгляда породистого змея так или иначе холодные мурашки побегут по позвоночнику. Даже если этот змей даже возраста подростка достигнуть не успел.
― Конечно, ваше Высочество.
― Вы та самая Леди, которая имела честь принять участие в отборе миратов?
Упоминание отбора покоробило. Но я постаралась удержать лицо, чтобы не выдать собственной растерянности.
― Да, ваше Высочество.
― Тогда, Леди, я могу вас просить об услуги помочь нам решить конфликт с Тираном Мардаром? Боюсь, у отца возникли некоторые недопонимания с его Величеством.
Мы с настоятельницей переглянулись. Ни я, ни она, не понимали, о каком конфликте шла речь.
― Простите, но я не совсем понимаю, чем могу быть полезна империи?
― Дело в том, что Тиран Мардар хочет объявить нам войну, если мы не вернем ему жену. Но, как вы понимаете, никто бы не посмел взять в плен супругу короля. Тем более, супругу Мардара.
― Что-то случилось с Анитой?
― Не знаю, кто такая Анита. Насколько мне известно, Мардар требует леди Ренату. Но, нам не известно кто такая эта леди. Возможно, так как вы уже общались с королем, вам удасться убедить его в том, что мы не держим его супругу в плену.
― Он требует Ренату? ― не веря своим ушам переспросила я.
― Несколько раз король пытался проникнуть порталами на территорию империи. Даже в обитель попасть. Конечно, стражи империи этой возможности ему не дали. Но так не может продолжаться долго. Я не могу допустить, чтобы моя шали росла во время войны. Вы меня понимаете, леди?
Я его понимала, но не осознавала происходящего. Даже поверить в то, что принц говорил правду – боялась. Но тут в коридоре раздался до боли знакомый голос:
― Юна! Мы должны найти ее! Куда ты меня ведешь?! Здесь ни одной живой души! Как ты вообще могла подумать, что она здесь может жить! Ни одного ковра! Мы ошиблись порталом!!!
Глава 29.
Рената
Дверь толкнули, но она не поддалась. Амразар поднялся на лапы и стал в стойку для нападения. Принц превратился в змея. Еще не такого внушительного как взрослые наги, но уже смертоносного для человека. Настоятельница сунула руку в карман платья. Там, скорее всего, был какой-нибудь защитный артефакт.
― Спокойно Байрон, ― обратилась к волку, ― это неприятно, но безопасно.
Арзамар, словно человек, поднял вверх брови. Я подошла к двери. Первой мне в ноги бросилась Юна. Змеиная голова уткнулась в колени, Байрон вздыбился, но тут появилась голова Бухтенвиля:
― Юна будь осторожна! Душа моя! Здесь монстры!
Каменный герой увидел нага, как мог, добежал до меня, и закрыл от ничего не понимающего принца.
― Леди выходим! Выходите! Я его отвлеку! Вас никто не может здесь держать!
Принц обернулся, настоятельница достала руку из кармана.
― Кажется, нам нужно пересмотреть защиту порталов в обители, ― сказала монахиня.
― Все в порядке, ― ответила я. ― Янубу выстроила портал, ориентируясь на меня.
Принц не веря нахмурился. Бухтенвиль замолчал. Кажется, попытался оценить ситуацию. Юна посмотрела на Байрона, и змеиный капюшон покрылся мягкой белой шерстью. Вот где она, настоящая женщина.
― Это живой тархаран? ― спросил принц, не отрывая взгляда от статуи.
― А это живой наг? ― обменялся любезностями Бухтенвиль и поднялся на задние лапы, чтобы казаться крупнее. Надо отметить, с балансом у него дела улучшились.