― Ты тогда пришла расстроенная, и я пытался тебя успокоить, ― мы с Юной переглянулись, но промолчали. ― А когда ты уснула, открылся портал и оттуда вышли стражники и забрали тебя.
К счастью, после моего похищения прямо из спальни у тархарана хватило смелости покинуть свое укрытие и отправиться на поиски. Не знаю, что им руководило: волнение или страх оказаться снова безмолвным украшением дворца, но бродя по замку несколько дней, они многое узнали.
― После завершения отбора все претендентки отправились домой. Советники думали, что начнется подготовка ко второй свадьбе с вернувшейся королевой. Ну и исцеление короля начали связывать с возвращением Аниты. После того, как все претендентки исчезли, мирата требовала восстановить связь и признать сына, ― осторожно произнес Бухтенвиль.
― Кто такая Анита? ― спросил принц.
― Победительница первого отбора в доме Мардаров, ― пояснила я. ― Через год после отбора она заявила, что король ошибся, и связи между ними нет. Она попросила свободы, и королю пришлось собирать второй отбор.
От упоминания Аниты Юна сжалась в комок. Я посмотрела на Бухтенвиля:
― Это она привязала мою девочку к источнику его Величества, ― в голосе статуи прозвучала тупая боль. ― Она мне показала, ― он кивнул на паразита. ― И как ты ее спасла. И этого болвана, который дал доступ к своему источнику.
― Чуть больше уважения к его Величеству, ― вмешалась в диалог настоятельница.
― Ты бы тоже допустил Юну к своему источнику. Тиран считал Аниту своей парой, ― добавила я, оправдывая королевскую глупость. Не могла не оправдывать.
― Она и была его парой, ― рыкнул Бухтенвиль.
Настоятельница сложила руки в замок, принц насторожился. Ситуация получилась скверной, а история эта началась еще задолго до рождения Тирана. На отборе его отца, Савера Мардара. В этом же отборе принимала участие и Эмара. Та самая Эмара, которая потом организовывала отборы его сына.
― Эмара вошла во дворец Мардаров в качестве первой претендентки на трон. Я слышал, что ее с детства готовили к роли королевы. Кто-то из магов провел тест и заверил отца мираты в том, что у нее идеальная совместимость с Савером. Двор был ей восхищен и делал ставки на победу, ― задумчиво произнес Бухтенвиль. ― Я помню, как переговаривались слуги, хвалили ее красоту, ум и магию.
Вот только магия и красота Эмаре не помогли. Савер Мардар почувствовал связь с миратой Тарнией. Она была родом из знатного, но обедневшего рода и к отбору не готовилась. Как утверждал Бухтенвиль, участвовать в отборе короля она не хотела. Потому что чувствовала, что боялась, что предприимчивый отец дал взятку магам, чтобы те поставили ей фальшивую метку. А еще, как признавалась позже сама королева, она не хотела чувствовать себя товаром в попытках отца вернуть утерянное богатство.
Мать Тирана всячески саботировала испытания, но короля это не остановило. Он остановил отбор, когда решил, что Танира единственная, с кем он будет делить постель. И все были счастливы, кроме Эмары. Отказ его Величества она восприняла как оскорбление. И пообещала отомстить.
Чтобы остаться во дворце, она подкупила советников. Те одобрили Эмару в свиту ее Величества. Ничего не подозревающая Танира возражать не стала. Она, в виду происхождения и магического дара, была одной из лучших кандидаток на эту роль. А соперничество за внимание короля осталось в прошлом.
Первые годы жизни королевы прошли хорошо. Эмара ничем себя не выдавала и верно несла службу короне. Родился Тиран, любимый сын Мардаров. Но, как только ребенку исполнилось пять, в семье начались проблемы.
Сначала королева потеряла второго ребенка. Принцесса умерла в утробе перед самым рождением, и магам пришлось в буквальном смысле сотворить чудо, чтобы спасти мать. Позже выяснилось, что шансов выжить у ребенка не было. Ее душило чужое заклинание, которое никто не мог обнаружить.
Через год после смерти ребенка ее Величество начала болеть. Никто не мог определить, в чем проблема. Мирата просто медленно угасала. Она старалась держаться, благодаря мужу и сыну ей еще удалось прожить около десяти лет, пока дворец не облачился в траур.
Эмара, одна из самых близких фрейлин ее величества быстро стала утешением короля. Тиран эту перемену в личной жизни отца принял с уважением, тем более, он помнил, как мать ее любила и посчитал естественным, позволить отцу найти утешение в общении с другой.
― Король умер неожиданно, ― после короткой паузы продолжил Бухтенвиль. ― Тиран был в соседней провинции. Он не видел смерти отца. Коронацию провели сразу после похорон. После траура назначили отбор.