Мы обе замерли, не решаясь даже громко дышать, но робота такие глупые ухищрения, конечно же, не обманули, и он остановился. Экран, заменяющий ему глаза, нацелился прямо на нас. Его рука неожиданно начала удлиняться. Я даже не успела до конца понять, что происходит, когда холодные металлические пальцы уже сомкнулись на моей лодыжке.
«Нет!!!» – как же мне хотелось в тот момент проорать от страха, но какой-то внутренний спазм не позволил издать ни звука. Я лишь инстинктивно дернулась, пытаясь освободиться, но ногу прострелило такой болью, что на глазах выступили слезы. Да это же самый настоящий капкан! В отчаянии я подняла голову и встретилась взглядом с журналисткой. Ее глаза настолько расширились, что стали почти круглыми, а губы слегка подрагивали.
Я плохо запомнила тот момент, когда механическое чудовище приблизилось. Тело, как и мысли, оцепенели, и лишь сердце стучало оглушительно громко и часто, лишь оно кричало: «Ты еще жива!»
Визг Терезы, неприятный скрежет металла, треск пластика – все звуки словно смешались в голове, но вдруг в эту какофонию ворвался совершенно спокойный незнакомый голос. Кто-то коротко приказал: «Остановись!» И робот, на удивление, замер.
Его экран таинственно замерцал, словно в металлической голове сейчас действительно происходили какие-то мыслительные процессы, а затем железные тиски вокруг моей ноги неожиданно разжались. Неужели свободна?!
Я подняла голову и с немым изумлением уставилась на того необыкновенного человека, который смог единственным словом остановить этого металлического гиганта. Высокий, подтянутый, симпатичный, но все равно что-то неуловимо цепляло взгляд в его внешности. Почему-то он вдруг напомнил мне те многочисленные портреты, выполненные карандашом, которые встречались в альбоме Питер Хопкинса. А через несколько мгновений я поняла, чем же меня так заинтересовала внешность этого человека. Да, он был симпатичен, но не идеален! И это в век погони за совершенной красотой! Однако нос с небольшой горбинкой и чуть глубже, чем принято, посаженные глаза добавляли ему той изюминки, которой лишала своих обладателей идеальная внешность. Зато темно-серебристые цвет волос и глаз вполне вписывался в современные модные тенденции.
Молодой человек подошел ближе и склонился надо мной. Несколько секунд он внимательно изучал красные пятна, оставленные роботом на моей ноге, а затем осторожно прикоснулся к одному из них, и я тотчас почувствовала приятную прохладу, идущую от его ладони.
– Можете встать? – тихо поинтересовался он.
Я пожала плечами, еще не чувствуя в себе сил говорить после пережитого стресса. Зато Тереза проявила небывалую активность. Она моментально смекнула, как будет полезно, если мужчина, явно обладающий какой-то таинственной властью над роботами Лабиринта, будет на ее стороне. На лице журналистки появилась одна из ее самых очаровательных улыбок, и она кокетливо захлопала глазками.
– Вы проявили настоящее мужество! Я так вам благодарна!
Но незнакомец лишь мазнул по ней безразличным взглядом. Не ожидая такой реакции на свои комплименты, Тереза обиженно поджала губы. «Ну, конечно, на этот раз добыча оказалась этой мелкой хищнице не по зубам», – мысленно усмехнулась я и осторожно пошевелила пострадавшей ногой. От этого лодыжку пронзило болью, но уже не такой острой.
Ладно, попробую встать! Однако это оказалось тяжелее, чем я думала: после пережитого стресса в голове немного шумело, и сил даже для такого простого движения явно не хватало. Наверное, незнакомцу в какой-то момент надоело смотреть на мое искривленное от боли лицо и жалкие потуги подняться. В конце концов его руки обхватили меня за талию и так легко вздернула вверх, словно я ничего не весила. От этого перед глазами все снова закружилось, но на этот раз я быстро пришла в себя. Затем попыталась сделать шаг. Вроде ничего… терпеть можно…