-- Что случилось? -- спросила она обернувшись и переводя взор зеленых глаз с Фрерина на отца. -- На вас напали? Кто?
Меж тем она с радостью отметила, что и отец, и Фрерин были целы.
Мужчины переглянулись.
-- Не думайте об этом, -- со вздохом сказал Фрерин. -- Те, кто напал на нас, заплатили за это. Все уже закончилось.
Не мог же он рассказать ей здесь и сейчас о мертвом караване? О ребенке, вырванном из чрева матери? О сожженной деревне и о одичалых, об оживших мертвецах... и о том, как отомстили за убитых товарищей, их воины? Нет, у него и язык не повернется рассказать о пытках и смерти последних одичалых.
К счастью, именно тут слуги отцепили носилки от лошадей с бесчувственным Бэггинсом и это был хороший повод отослать прочь Лиссу, и отвлечь её от вопросов.
Не стоит ей знать... о грязи.
-- Лисса, я знаю, вы умеете врачевать... я сам в том убедился, -- проговорил он негромко, привлекая ее внимание. -- Я хотел бы попросить вас позаботиться о моём сквайре. Мистер Бэггинс спас мне жизнь, закрыв собой от стрел.
Лисса тут же согласно кивнула ему, ужаснувшись сказанному. Если бы хоббит не успел...
-- Да, милорд! -- заверила она. -- Я прослежу, чтобы его устроили наилучшим образом и сама осмотрю раны. Не волнуйтесь, сир.
Фрерин улыбнулся ей своей уже ставшей такой привычной для нее улыбкой.
-- Спасибо, моя леди.
С неба срывался снег и медлить было нельзя. С сожалением оставив Фрерина и на прощание сделав книксен перед отцом, который с одобрением кивнул ей, Лисса поспешила за носилками, давая указания слугам нести их за собой.
Раненого полурослика она решительно устроила в небольшой комнатке рядом, на том же ярусе, на котором находились их с Фрерином покои. Служанки споро заправили постель свежим бельем, в то время как слуги-мужчины осторожно переложили раненого на кровать. Прямо в грязной одежде!
Сердито отчитав мужчин, она отослала их на кухни за горячей водой, а сама подозвала Тисс, одну из служанок, чтобы та помогла ей раздеть полурослика. Другая служанка умчалась за бинтами и травами к мейстеру. Лисса и Тисс споро сняли с хоббита грязный, заляпанный кровью и грязью камзол и порванную рубаху. Растегнув ремень, Тисс уже было потянула вниз бриджи, но вдруг замешкалась. Тут в комнату вошла служанка с тазом, полным горячей воды и Тисс заполошно накинула на хоббита одеяло. Отвлекшаяся на миг Лисса, возмутилась:
-- Что ты делаешь?! Тисс, мы должны обмыть его прежде и промыть раны!
-- Да, миледи, -- Тисс настороженно оглянулась на служанку, что поставила таз с водой рядом с кроватью. -- Но отошлите Лиару, ваша светлость!
Что еще за глупости! Но было что в лице служанки такое, что Лисса молча кивнула и отослала прочь Лиару. Тисс с облегчением вздохнула.
-- Тисс? -- окликнула ее Лисса, вздергивая бровь вверх и служанка горестно вздохнула.
-- Ох, леди... не должно вам бы такое видеть... не девицам благородных кровей...
-- Тисс, довольно! -- оборвала ее Лисса недовольно. -- Дочери Старков не боятся ран!
Тисс обреченно кивнула, и нехотя откинула одеяло.
-- У Лиары язык без костей, -- проговорила она, не подымая глаз, и вновь принимаясь за дело. -- Не нужно, чтобы об этом знали...
Лисса нахмурилась на это, но стоило Тисс снять с хоббита бриджи и она охнула, невольно прикрыв рот ладошкой. Мгновение она с ужасом и жалостью смотрела на полурослика, прежде чем смогла взять себя в руки.
Она вздохнула и взяла в руки тряпку из таза, выжала от воды и шагнуа к кровати, глухо сказав:
-- Давай, Тисс! Не будем медлить. Обмоем его, а после очистим раны...
Служанка и Лисса работали слаженно, тщательно оттерев грязь с тела, они сняли временную повязку, промокшую и ставшую коркой от крови и гноя. Раны от стрел были воспаленными и взглянуть было страшно на провалы в плече плурослика. Кусая губы, Лисса очистила раны, отгоняя мысли, что ее палец свободно мог войти в следы от стрел. Сколько крови же он потерял!
К счастью, хоббит так и не пришел в себя и наложив свежую чистую повязку, Лисса хорошо укрыла хоббита одеялом. После этого она понемногу, по капельке, влила в рот полурослика настойку от жара и лихорадки, придерживая его за плечи. Слава Богам, и в таком состоянии хоббит был способен глотать жидкость, не приходя в сознание.
После этого Лисса отпустила Тисс и устало присела на кровать, с жалостью смотря на изможденное, болезненно осунувшееся лицо полурослика. Ей было безмерно его жаль... никому она не пожелала бы такой страшной участи! Мало у кого хватило бы сил, жить дальше после подобного случившегося зверства...
Тихо скрипнула дверь и вскинувшаяся Лисса, увидела вошедших в комнату Тириона и Джейме. Оба Ланистера настороженно смотрели на нее.
-- Миледи, -- Тирион учтиво поклонился. -- Можем ли мы надеятся... и просить...
-- Нет, -- оборвала его Лисса. -- Не надо. Ничего не говорите. Не стоит... это обсуждать. Никто ничего не скажет, обещаю.
Тирион и Джейме с облегчением поклонились ей, прижав руку к сердце.
-- Спасибо, миледи...