Чертыхнувшись, Бэд в сердцах схватил с земли куртку и пошел на причал, мысленно сотрясая ругательствами воздух от бессилия и злости.
А Диана направилась в магазинчик Тима, чтобы хоть недолго, но побыть с кем-то, кто не пытается ее убить или исправить. Обида комком засела в горле. Она все еще чувствовала на шее пятерню этого засранца. Во рту осталось послевкусие после омерзительного ужина и ощущение шерсти на языке. Она просто не знала, куда ей еще идти.
Безлюдная ночь опустилась на город, и даже кошки не решались выходить под лунный свет, опасаясь за свою жизнь, только Диана неслась во всю прыть к шоссе, пахнувшему горячей резиной.
Она издалека завидела припаркованную за магазином синюю мазду, и воспоминания о позапрошлой ночи отрезвили ее как пощечиной. Девушка подкралась к заправке с темной стороны, прячась в подлеске. Добравшись до магазина, она прислонила ухо к стенке и прислушалась. Разговаривали двое: Тим и незнакомый голос.
— …после выходных. Богачи из Дерри оставляют больше денег. Я сдаю кассу утром в понедельник. — Уверенно ответил Тим.
— А стерва эта клыкастая? Узнай, где днем спит. — Ответил голос сердито.
— А нельзя ее не впутывать? Она только раз в два дня приходит, когда голодна.
— Послушай, мы тут шкурой рискуем, Тимоха… я возьму чипсы?
— Бери, потом за них отдашь. А как Серый? Рука сильно болит?
— Не видел его с той ночи. Мамка его сказала, в больницу повезет. Если он не сможет, тогда я пас, а бабки с фабрики на двоих без тебя поделим.
— Нет-нет-нет! Он сможет, брат, я в деле. Деньги мне очень нужны. Не кидайте меня! — Тим ударил ладонями по столешнице, и стул скрипнул под ним.
— Тогда сделай, что я сказал. Мне пора.
— Лады. — Промямлил Тим одновременно с колокольчиком на открывшейся двери.
Диана юркнула в кусты и сквозь листву увидела молодого парня возраста Тима, который запрыгнул в машину и резко вырулил на дорогу. Синяя мазда исчезла на шоссе, ревом оглашая ночную тишь, а девушка еще долго стояла, глядя в никуда.
Вокруг пахло мочой: водители останавливались у магазина и ходили сюда отлить. Чувство брезгливости заставило Диану сделать шаг на дорогу и поплестись в сторону общежития.
Темные окна пугали ее своей пустотой, а молоточки в голове, которые усилились, когда она приблизилась к людскому жилищу стали невыносимы. Её окно было рядом с комнатой родителей, но они всегда плотно завешивали шторы.
Где-то над головой среди ветвей прозвучало “ууу-ии” совы-сипухи, словно вой плакальщицы.
Что если кто-то придет навредить ей, а вместо этого навредит ее родителям? Мысль об этом приземлила ее бесповоротно. Ей нельзя оставаться в общежитии. Пора, наконец, оставить попытки сохранить свой человеческий образ жизни рядом с ними. Она забралась в комнату и, нацарапав записку родителям о том, что несколько дней поживет, охотясь, в лесу, а спать будет в палатке, стянула одеяло с кровати. Пропажа постели успокоит их. Они решат, что Диана все обдумала, спланировала, действовала рационально. Но, по правде говоря, она сошла с ума, если собирается сделать то, что делает.
Рулон с подушкой отправился подмышку и, покинув дом, Диана пошла в доки. Найти дом Бэд Лака оказалось просто. А постучать в дверь, перешагивая через свою гордость, нет. Но дом был пуст. Плечом поддев дверь, как это делал ее спутник возле морга, она открыла железную створку гаража и забралась внутрь. Проникнуть в его жилье, как он и говорил, было не трудно.
До рассвета было еще несколько часов, и куда делся среди ночи хозяин эллинга, Диана не могла даже представить. Старые снасти и удочка были на месте. Она провела ладонью по перевернутой лодке и поднялась наверх по лестнице.
Похоже, Бэд Лак не возвращался.
Под лестницей она видела темно-синюю краску, которой когда-то обновляли лодочный номер на борту. И схватившись за кисть, Девушка на два раза покрыла стекло и раму густой маслянной эмалью. Плотный слой не даст лучам света проникнуть внутрь. Веник нашелся у входа, и, убрав хлам и мышиный кал из щелей, Диана привела в порядок комнату, соорудив себе лежанку в углу, дополнительно накрыв ее дождевиком как тентом.
Спустившись вниз, она уже хотела было принять душ, и полезла за шампунем к потолку, подставив старую табуретку, когда рукой нащупала рядом с бутылью в глубине тайника еще и пакет.
Машинально стащив его вниз, любопытная девушка развернула находку, и на колени ей упала деревянная коробка шириной с ладонь. Со скрипом открыв ее, Диана обомлела. Восхитительной работы брошь или медаль возлежала на атласной подушечке: два золотых квадрата образовывали звезду с восемью концами, покоившуюся на белой ленте с широкой голубой полосой. Украшение выглядело настоящим ювелирным шедевром в этой лачуге, и Диана поспешила спрятать его назад в коробку и убрать на место. Душ принимать расхотелось.