- Ну уж нет! – проскрипел он. И, опережая возмущенный вопль Арьи, продолжил: - Если волчонок хочет окончательно доконать при встрече старушку Талли, то валяй! – Санса поморщилась, когда поняла, что он так назвал их мать. – Вот только, - тут Сандор приблизил свое изуродованное лицо к лицу младшей Старк, - не когда я рядом. Усекла? – рыкнул он.
Арья уже набирала воздух в легкие, чтобы разразиться отповедью, как снова кашлянул Джендри:
- Слушай… Он прав. Даже если… - тут он сглотнул. – Я обещал… то, что обещал, - покосился он на Сансу с Сандором. – Но тебе же еще только двенадцать! Ты даже не расцвела!
- Воу. Какой поворот, - пробормотал Сандор так тихо, что его услышала только Санса. Арья же, красная как рак, сверкнула глазами на парочку Клиганов и, топнув в сердцах, развернулась и умчалась в сторону своей комнаты.
- Хм. Доброй ночи, - не поднимая на них глаз, юркнул в дверь своих покоев Джендри.
«Если слово «юркнул» по отношению к этому здоровяку уместно» - подумала Санса отстраненно. Определенно, ей на сегодня хватит неожиданных новостей о личной жизни окружающих…
- Прочти, Птаха, - протянул ей только что принесенное мейстером письмо Сандор.
Она пробежала глазами по строчкам письма и нахмурилась.
- Кеттлблэки? – подняла брови она.
- Да, - хмуро ответил он, прихлебнув вино. Они сидели в их покоях и, по заведенной традиции, обсуждали дела. Мейстер Рееман уже сделал свой ежедневный доклад, отдал прибывшую воронами почту и удалился. – Шпионы Беса видели их в непосредственной близости от Риверрана. Отца и двух младших – старший, понятно, остался в Королевской Гавани.
- Сир Освелл и… - она нахмурила брови, вспоминая. – И его младшие сыновья: Осфрид и Осни.
- Верно, Пташка, - усмехнулся Сандор. Она чуть порозовела от удовольствия: ей неизменно было приятно, когда он хвалил её и восхищался тем, что она помнит все гербы, фамилии и имена. В такие моменты она чувствовала себя как в детстве, когда мейстер Лювин и септа Мордейн хвалили её за успехи в учебе и ставили Сансу в пример Арье и Брану. – Но, если гребанные Кеттлблэки ошиваются в Речных землях – это неспроста.
- Лорд Тирион пишет, что, по его мнению, они выжидают удобного момента. Но какого и для чего? – подняла она глаза на мужа, закусив губу. На какое-то мгновение взгляд серых глаз Сандора, обращенных на неё, мечтательно затуманился, но почти сразу он совершенно по-собачьи тряхнул головой:
- Хрен его знает, - поморщился он. – Но ничего хорошего это нам не сулит.
Она нежно погладила его по обожженной стороне лица и Сандор со вздохом накрыл её ладошку своей огромной пятернёй.
- Санса… - проговорил он за миг до того, как она прикоснулась своими губами к его полуобожженным губам…
Дом Клиганов готовился выступать на войну.
Солдаты каждый день посменно тренировались во внутреннем дворе замка. Сновали слуги и крестьяне, собирая многочисленные припасы для обоза. Безостановочно звенели молоты в кузнице.
Джендри взялся за то, что умел делать лучше всего: он ковал подковы, подгонял доспехи, точил и правил мечи. Как подозревала Санса, таким образом юный бастард пытается отвлечься от мысли, что очень скоро все эти влиятельные лорды поднимут его имя, будто знамя, и ему придется окунуться в непонятную и непривычную ему жизнь. Из безродных бастардов – сразу в короли! У кого угодно поджилки затрясутся.
«Хотя я могу перечислить с ходу десяток человек, которые о таком только мечтают. Но вот как раз таким, как они, лучше не позволять подобных взлётов» - подумала Санса.
Пока что лорды Запада не объявили о своем официальном ответе на притязания Серсеи. Из Королевской Гавани рассылались письма с увещеваниями, посулами и угрозами, но лорд Тирион всё-таки очень хорошо знал знаменосцев своего дома: ни один из присутствовавших в тот вечер в малом чертоге Утеса Кастерли не проболтался королеве-регентше об их планах.
Те лорды, в лояльности или уме которых были сомнения, под теми или иными предлогами были помещены под наблюдение. Также Бес в кратчайшие сроки наладил систему заложников: в Утесе Кастерли сейчас «гостило» больше десятка представителей вассальных Ланнистерам домов. Так что еще немного они могут потянуть время, не объявляя своей позиции и накапливая силы.
Конечно, никто не застрахован от шпионажа, но в ответ на вопрос Сандора по этому поводу Тирион широко улыбнулся и сказал: «Серсее докладывают только то, что она хочет слышать. И ни слова больше».
Санса же параллельно заботам о снаряжении в дорогу – ведь она собиралась ехать с отрядом Сандора в качестве посла к Роббу – находила время и для разбора хлама, скопившегося со времен правления здесь сира Григора. И однажды нашла в одном из обшарпанных сундуков покрытые пылью старые игрушки.
В том числе и деревянного рыцаря с суставами-веревочками.
Дерево было обшарпанным, одна нога отсутствовала. Чудо, что веревки и сама древесина не сгнили за столько лет! Но Санса сразу поняла, ЧТО это за игрушка.
За рассматриванием игрушечного рыцаря её и застал муж. Его лицо застыло восковой маской.
- Сандор, я… я не… мы нашли это наверху, в одном из сундуков… - растерялась Санса.
Он молчал и задумчиво смотрел на игрушку. В какой-то момент он протянул было руку к ней, но потом, тряхнув головой, угрюмо отвернулся и скрипнул зубами.
- Седьмое Пекло! – устало проскрипел он. – Никогда бы не подумал, что при виде этой штуки я… - он умолк.
Санса подошла к нему и обняла, прижавшись щекой к могучей спине. Она молчала, ожидая продолжения.
- Знаешь, - не заставил Сандор себя ждать, - я ведь раньше никогда не думал и не планировал ничего наперед. Жил одним днем. Жил, - кивок в сторону лежащего на столике деревянного рыцаря, - ненавистью. Ненавистью к своему ублюдочному братцу. Я подогревал её воспоминаниями и добавлял к ней ненависть к окружающим и… и к себе, - глухо проговорил он. Вздохнув, он обернулся и взял её ладони в свои. – А потом… потом из меня будто вырезали огромный кусок. А на его месте… Оказалось, что во мне всё-таки что-то есть и помимо ненависти.
Они молчали. Слова были не нужны: она и так понимала, что он хотел сказать.
Уже когда их отряд, насчитывающий почти тысячу пехотинцев и две сотни всадников, двигался через горы к Золотому Зубу, к ним прискакал гонец, принесший вести от лорда Тириона.
Ворон из Утеса Кастерли прилетел в захваченный к тому времени Бейнфортом Хорнваль и лорд Проклятой Цитадели тут же отправил вслед отряду Клигана курьера.
Письмо они прочитали вдвоем с Сандором.
- Когда твоя мать отпустила Цареубийцу под честное слово вернуть ей дочерей, я уже понял, что она не слишком умна! – прорычал Сандор, раздраженно барабаня по походному столику.
- Сандор! – возмутилась Санса. Сказанное им обидело её. – Не смей так говорить про мою мать!
- А что ещё я могу сказать?! – рыкнул он в ответ, потрясая письмом. – Из-за твоей… матери, - он явно хотел вставить в эту фразу еще какое-то слово, но все-таки сдержался, - мне придется сейчас срочно собирать летучий отряд и скакать во весь опор её спасать! Это же надо: рвануть через охваченный войной край в сопровождении всего десятка охранников!
Они какое-то время буравили друг друга яростными взглядами, а потом отвернулись.
Сансу душила обида. Она понимала, что муж произнес это в сердцах, но ничего не могла с собой поделать. Сандор иногда язвил на тему разных людей, в том числе лордов Севера и Речных земель. Пару раз он проезжался по поводу её брата, но она и сама не слишком одобряла ряд его действий, например женитьбу на Джейн Вестерлинг.
Но оскорблять её мать – такого Санса стерпеть не могла! Хотя и понимала, что действия леди Кейтилин были действительно не слишком умными.