— Детектив, твою мать! — кричу ещё раз.
И тут вижу — дуло пистолета направлено на нас. Нет. Нет... Рефлекторно закрываю девочку собой. Выстрел. Но… новой боли нет. Поднимаю голову — в Сару не попали. Слава Богу. Разворачиваюсь. И вижу — мёртвого Барда, а детектив прячется за скамейкой, с пистолетом в руке. Что за…?
— Детектив, противоядие! — выкрикиваю, кивая на тело мужчины.
— Там снайпер, — отвечает он, кивая в сторону открытой двери.
Снайпер? Он с Бардом? Тогда почему выстрелил в него? Может, промазал… Хотя какая разница. Если этот трус не помогает — я сама. Отпускаю кровоточащую рану, ползу к телу.
— Оливия, это опасно! — восклицает детектив.
— Иди к чёрту, — отзываюсь, и, доползая до цели, начинаю лихорадочно проверять карманы.
Нет. И здесь нет. Пусто. Внутренний карман — что-то есть. Ай. Что-то резануло по пальцам. Достаю шприц — разбитый. Вероятно, одна из пуль снайпера попала. Жидкость — вытекла и впиталась в ткань куртки.
— Нет… нет… — шепчу, будто можно всё переиграть.
Смотрю на Сару. Паника захлёстывает, как волна ледяной воды. Дыхание сбивается. Сердце колотится, как в клетке. Я цепляюсь глазами за шприц, за ткань, за девочку. И вдруг — рывок. Меня отталкивают от тела. В нос ударяет знакомый запах.
— Живая… слава богу… — выдыхает Саид, поднимая меня на руки и вынося наружу.
Но мои глаза всё ещё прикованы к Саре. К девочке с бледной, почти прозрачной кожей. Нет… пожалуйста… только не так, как в прошлый раз… Я не смогу… Я не хочу...
Глава 20. Не стрелять… звучит прекрасно
Мне жаль, что я выбрала гуманность.
И жаль, что за неё пришлось заплатить самым невинным.
***
10 лет назад. Мэйвуд.
— Лива-а! — выкрикивает Лукас, стремительно подбегая ко мне, взмахнув руками.
Лива... Только он меня так называет. Шестилетний, с непослушными светлыми кудряшками, серо-голубыми глазами и щёчками, будто подсвеченными солнцем. Два года назад дядя оформил над ним опеку — теперь он мой двоюродный брат. Маленький, шумный, и очень милый.
— Оливия, — обращается ко мне дядя Льюис, поправляя манжет, — у нас с твоим отцом дела. Но, к несчастью, он забыл пару важных документов в DD. Они в сейфе — голубая папка, не пропустишь. Съезди, забери.
— Хорошо, — киваю я, уже поднимая ногу, чтобы сделать шаг — но Лукас впивается в мои ноги говоря: — Я хочу с тобой!
— Нельзя, — качаю головой, стараясь говорить мягко. — Поиграй пока сам. Я скоро вернусь.
— Не хочу-у... хочу поехать с Ливой, — захныкал он, капризно морща нос.
Внутренне напрягаюсь. Дядя такой же, как отец — добрым нравом никогда не отличался. Нужно срочно успокоить мальчика.
— Лукас, — говорю ласково, чуть присев, — у меня в комнате есть для тебя подарок.
'Подарка, конечно, нет. Главное — отвлечь его.'
— Поезд с железной дорогой? — мгновенно оживляется тот.
— Угу, — киваю и облегчённо вздыхаю, когда он ослабляет хватку.
Поворачиваюсь к велосипеду, перекидывая ногу через раму, и бросаю через плечо:
— Распакуй, а я вернусь — и поиграем вместе.
И тут — голос дяди. Спокойный. Задумчивый.
— Пусть поедет с тобой.
Медленно поворачиваю голову. Пытаюсь уловить в его лице хоть намёк на причину. Но он — лишь бросает мимолётную улыбку и уходит в дом.
— Чёрт, — шепчу себе под нос, и уже громче добавляю: — Лукас, запрыгивай на багажник.
Мальчик тут же радостно взбирается, обнимая меня за талию. А я, тревожно глядя вперёд, начинаю крутить педали — даже не подозревая, что я еду к тому, о чём и вспоминать потом будет больно.
Через десять минут я, нахмурившись, в третий раз набираю код на сейфе. Ошибка. Светодиод мигает красным. Стираю пот с ладоней, а в голове лихорадочно прокручиваю комбинации. Неужели отец поменял? Набираю его номер.
— Алло!
— Ты поменял код от сейфа? — говорю в трубку.