— Ага, ― фыркаю я. ― Прямо чувствуешь женскую энергию. Особенно когда головы отрезают.
Саид подавил сдавленный смешок. Ужин всё так же остывает. Но теперь уже не важно.
— Заедь за мной. Поедем к этому Артуру. Хочу посмотреть на него своими глазами.
Крёстный выдыхает — коротко, как будто не удивлён ни на грамм:
— Буду через пятнадцать минут. Не забудь куртку. Там сквозняк.
Я чуть усмехаюсь. Он знает, что я её надену. Но говорит каждый раз как ритуал, как щелчок затвора перед выстрелом. Я блокирую экран, открываю шкаф и тянусь к чёрной куртке. Той самой. Где карманов достаточно, чтобы спрятать всё лишнее.
***
Можно ли в этой жизни подготовиться ко всем возможным препятствиям? Любой скажет — нет. И чёрт возьми... я тоже.
— Оливия? — неуверенно спрашивает мужчина, держа меня на мушке.
— Мы знакомы? — спокойно приподнимаю бровь.
Не от уверенности, что он не выстрелит, а потому что Саид в соседней комнате. И сейчас... Миг. Пистолет выбит. Мужчина прижат к полу моим крёстным.
— Чёрт, — шипит тот, из-за боли вывернутой руки. — Ты меня не помнишь?
— Разве вопрос «мы знакомы?» может значить что-то другое?! — спокойно отвечаю, осматривая комнату: бардак, перевёрнутые подушки, выдвинутые ящики.
То ли Артур что-то искал. То ли этот — кто делает вид, будто знает меня. И если искал — вопрос: нашёл ли?
— Бард. Я — Бард, — бросает он в пространство.
Я замираю. Поворачиваюсь. Приседаю. Вглядываюсь в лицо — чужое и до боли знакомое. Да… Он сильно изменился. Но тонкий, почти выцветший шрам на брови — всё ещё там. Напоминание о нашей первой и, как я думала, последней встрече.
— Что ты здесь делаешь? — интересуюсь я.
— А ты?
Я вздыхаю, устало:
— Совсем не изменился. Лежишь прижатый к полу моим крёстным — и всё так же отвечаешь вопросом на вопрос. Знаешь… эта ситуация прямо как альтернативный финал нашей прошлой встречи. Только тогда ты сделал правильный выбор. И очень надеюсь, что сейчас его повторишь.
Бард молчит. Глаза — не на мне, а где-то левее. Может, ищет выход. Может — совесть. Он прикусывает щеку изнутри. И в этот момент:
— У тебя есть двадцать секунд, — произносит Саид ровно, не повышая голоса. — До того, как я сверну тебе шею.
Мужчина дёргается. Крёстный даже не меняет положения рук. Он просто есть — и этого хватает, чтобы воздух в комнате стал тоньше.
— Я не враг, — хрипит Бард. — Ни вам. Ни ей. Я пришёл... потому что Артур исчез. И если они уже начали вычёркивать имена — значит, Сара следующая.
Я моргаю медленно. Раз. Второй.
— Ты снова сделал правильной выбор, — произношу я тихо, и киваю Саиду чтобы тот отпустил.
Мужчина остаётся на коленях. Плечи опущены, взгляд — в пол. Он медленно трёт запястья, будто мертвая хватка крёстного оставила отметку не только на коже.
— Рассказывай. Всё. И начни с того, кто тебе Артур.
Задав тему для беседы, я опустилась в единственное свободное кресло. Саид стал рядом — как стена, которая защитит от внезапной атаки.
— Мы с Артуром друзья детства, — начинает Бард, — в одной песочнице играли…
Замолкает. Пауза затягивается.
— Очень трогательно, — говорю с легкой усмешкой. — Продолжай.
Он поджимает губы, будто проглатывает что-то ненужное, и, подчинившись тону, продолжает:
— Позвонил недавно. Сказал, в полной заднице. Нужны деньги… и помощь. Я приехал — а тут… — он разводит руками, указывая на помещение, — тут видно, что собирались в спешке.
— Скорее, — вмешивается крёстный, с тоном хирурга. — Здесь провели обыск. Что они искали?
— Без понятия, — пожимает плечами мужчина.
По выражению лица Саида ясно: он не верит. И, если честно — я тоже.
— Деньги привёз? — спрашиваю, смотря в упор.
Он кивает.
— В машине.
— А почему не взял с собой?.. — приподнимаю бровь.
Он щурится, словно я свечу ему в глаза фонариком. Плечи вздымаются — потом опускаются вместе с голосом:
— Хотел убедиться, что… здесь ещё есть с кем говорить.
Я хмыкаю и, не спеша, достаю из кармана пистолет. Рука уверенная, дуло чётко нацелено на мужчину. Он замирает. Даже моргать начинает реже.