***
Здание благотворительного центра «Второй шанс» встретило меня неожиданной атмосферой праздника. Шарики на двери, запах выпечки, детский смех из глубины коридора. Постучала. Через пару секунд дверь отворилась — и, как всегда, в ней появилась директор Сьюзан Рейес: выверенная прическа, деловая блузка, дежурная улыбка.
Я не потрудилась улыбнуться в ответ.
— Отпустите Сару со мной погулять, — сразу сказала я, не теряя времени на приветствия.
Её улыбка замерла, потом начала таять — резко, как масло на горячей поверхности.
— Мисс Смит… — осторожно начала женщина, словно искала более мягкие формулировки. — Сара… хорошая девочка. Одна приёмная семья выразила желание удочерить её. Так что…
— В смысле — удочерить? — я нависла над фразой, как тень.
Сердце вдруг застучало на три удара громче.
— Я понимаю ваши чувства…
— Причём тут мои чувства? — перебила я, уже не пряча раздражения. — У неё есть отец.
— Да… Но по закону, если в течение следующего месяца он не предоставит справку о стабильной работе и соответствующих условий проживания… его лишат родительских прав.
"Чёрт... нужно побыстрее со всем разобраться." Женщина продолжила — тише, осторожнее, будто её слова могли меня ранить:
— Так что… пожалуйста, мисс Смит, не стоит сближаться с девочкой. Ей потом будет тяжело привыкнуть к новой семье. Это… в её интересах.
— Не вижу никакой проблемы, чтобы провести с ней полдня, — сказала я спокойно, но с нажимом.
Директор приосанилась, будто собираясь с аргументами.
— Мисс Смит… та приёмная семья очень хорошая. Мама, папа… У Сары даже будет старший брат.
— Причём тут приёмная семья? — я прищурилась. — Мы говорим о прогулке.
— Ну как же… — замялась она. — Вы дадите девочке надежду… а потом её, как… как котёнка — перекинут в другую семью…
— Ну… про котёнка это я образно, — поспешно добавила она, поняв, что ляпнула.
"Котёнок? Надежду? Она что знает об Артуре?"
Похоже, последнее я произнесла вслух, потому что женщина замерла на секунду, а потом осторожно произнесла:
— Нет… мы с ним лично не встречались.
Я стиснула зубы.
— Тогда о какой надежде вы говорите?
— Ну… — она понизила голос, — о той, что вы её удочерите.
— Я?! — переспросила я, подняв бровь.
Она кивнула.
— Удочерю? — повторила я медленно.
Директор кивнула снова, но уже нерешительно.
— Да нет, спасибо, — выдохнула я. — Я не из тех людей, кто считает подростков легче в воспитании, чем младенцев, только потому, что они умеют пользоваться плитой и мыться без напоминаний.
Пауза повисла — густая, как пар в плохо проветриваемой кухне. Где-то вдалеке снова хихикнули дети, и этот звук, казалось, откололся от сцены, в которой мы застряли.
— Мисс Рейес, — продолжила я спустя мгновение, в котором пыталась не добавить лишнего. — Я не планирую удочерять Сару. Просто… она рассказала мне про своего отца. И мне стало их жаль. Вот и всё. Я просто решила помочь.
Женщина сжала губы, склонив голову чуть набок — как будто взвешивала мои слова, будто было в них что-то подозрительное.
— Помочь… как?
— Молча, — пожала я плечами. — Возьму его к себе в компанию. Пункт о стабильной работе — есть. С квартирой у него проблем нет, разве что с чистотой, но это поправимо. Пару уборок — и вопрос снят.
Она прищурилась.
— А зачем вам брать с собой девочку?
"Хороший вопрос. Чёрт. Отличный вопрос. Не могу же я сказать, что планирую использовать детское личико как социальный ключ для одной нехитрой манипуляции. Нельзя. Значит, надо выкручиваться."
Я выпрямилась, вдохнула глубже и заговорила чуть громче, чем нужно — на эмоциях:
— Послушайте… Сара позавчера пыталась прыгнуть с крыши. Аж настолько она соскучилась по отцу. Это её ест изнутри. Вы же видите — она держится, но разваливается. Я просто хотела дать ей короткую встречу. Минут двадцать. Чтобы она воспряла духом. Чтобы выдохнула. Вы же… вы же не хотите снова звонить спасателям, верно?