— Не видел Саида? — спросила я, обращаясь к нему как к единственному человеку в зале.
Парень остановился. Схватил полотенце, что висело на канатах, и быстро стёр пот с висков, будто стряхивал напряжение вместе с каплями. Только потом повернулся ко мне — с дерзкой ухмылкой.
— А зачем тебе этот старикан? — бросил он. — Я, между прочим, куда интереснее.
Я прищурилась, подняв брови чуть выше — не в удивлении, а так, как смотрят на что-то, что не сразу складывается в картинку, но явно просится вспомниться.
Парень всё ещё ухмылялся. Сильный подбородок, коротко подстриженные тёмные волосы, в движениях — уверенность. И тут — щёлкнуло. Вот оно. Вспомнила. Алекс Уитмор. Двадцать четыре года. Саид просил взять его на работу пару недель назад. Человек с потенциалом.
Но что действительно любопытно: по взгляду, по голосу, по всей этой браваде — он явно не подозревает, кто перед ним стоит. Точнее сказать — даже не знает, как выглядит его фактический начальник.
Я усмехнулась уголком губ — холодно, почти лениво. Это была не улыбка девушки. Это была усмешка того, у кого в руках ниточка, способная стянуть чужую самоуверенность до уровня реальности.
— Странно… — пробормотала я, — ты вроде должен был знать, кого тут можно пытаться впечатлить, а кого — лучше не трогать вовсе.
Он приподнял бровь и только открыл рот, чтобы, видимо, отбросить какую-то колкую реплику, как вдруг за спиной раздался голос:
— Оливия?! Что ты тут делаешь?
Я обернулась. У выхода из туалета стоял крёстный.
— С офиса ехала, — ответила я, подходя ближе. — Решила заскочить, поздороваться. И напомнить, что через три часа мы едем за Артуром.
Он на секунду нахмурился, потом кивнул, шагнул к скамейке и схватил бутылку воды. Вид у него был такой, будто он провёл тут не один час, выбивая дурь из боксерской груши. Парень на ринге тем временем заметно напрягся — бросил взгляд сначала на меня, потом на Саида, и в его глазах что-то дрогнуло. Словно только сейчас в его голове зародилась мысль: а кто она такая?
— Кстати, это тот самый Алекс, о котором я тебе говорил, — сказал крёстный, жадно сделав первый глоток воды.
— Я так и поняла.
Он закрыл крышку бутылки.
— Алекс, это Оливия Смит, — проговорил он, развернувшись к парню на ринге. В голосе звучала обычная деловитость, но глаза чуть сузились. — Владелица клининговой компании CleanArt, и твой начальник.
На лице Алекса словно промелькнула молния. Он напрягся — как студент, внезапно услышавший имя преподавателя, которому так и не сдал курсовую. А я просто смотрела в ответ. Спокойно. Теперь уж точно — без улыбки.
Я могла легко устроить показательную экзекуцию: короткую нотацию, щепотку сарказма — и уйти, окутанная дымной аурой своей власти. Но не сегодня.
— Ладно, — отмахнулась я и, разворачиваясь, добавила через плечо: — Не задерживайся. Через три часа заберёшь меня.
Саид кивнул и без слов запрыгнул на ринг. Я уже шла к выходу, когда за спиной снова раздались глухие удары и голос крёстного:
— Это джеб! Руку полностью выпрямляй. Быстрее, быстрее... вот так.
И в этом «вот так» было столько ностальгии…
***
К назначенному времени мы подъехали к ночному клубу «Львица». Я вышла из машины первой. Обернулась — крёстный только заканчивал разговор по телефону и кивнул мне, мол: «догоню» Вздохнув, я, как и в прошлый раз, передала через бармена сообщение. И вот — настал долгожданный момент.
— Добрый вечер, — вежливо произнесла я, присаживаясь.
Юй Сяохань сегодня выглядела иначе. То ли дело в макияже, то ли в чем-то другом — но лицо казалось бледнее, чем два дня назад.
— Добрый вечер, Оливия, — отозвалась она приятным тембром — именно таким, каким говорят, когда по-настоящему рады видеть человека.
Я кивнула и перешла сразу к сути:
— Ответ на вопрос «что заставляет человека остаться, когда всё велит ему уйти» таков: Не что, а кто. Остаются не из-за обстоятельств. Не потому, что «так надо». А потому что есть человек. Иногда — живой. Иногда — уже только в памяти. Но именно он держит. Даже когда всё остальное отпускает.
В надежде, что всё процитировала правильно, я приготовилась к спокойной, удовлетворённой реакции с её стороны. Но...