— И кто она такая? — спрашиваю у Джеймса, глядя в ноутбук.
На экране — видео со скрытой камеры в кабинете. Девушка, совмещая уборку, ещё и лазит в компьютере.
— Эмили Беннет, 21 год, приехала из Стикни, штат Иллинойс, — отвечает помощник. — Работает у нас месяц, занимается уборкой в частных домах.
— Тогда почему она убиралась в моём кабинете?
— Женщина, которая обычно этим занималась, заболела, и Эмили её подменяла, — слегка замявшись, ответил Джеймс.
Тишина повисает в комнате. Я откидываюсь назад, взгляд снова падает на экран. На записи ясно видно: девушка не просто случайно коснулась клавиатуры — она что-то искала.
— Ну?.. И как она подобрала пароль?
Мужчина нервно сглатывает, будто не хочет озвучивать ответ вслух.
— Использовала флешку с программой, — наконец произносит он. — Но я проверил: никаких вирусов на компьютере нет.
— Какие папки она открывала?
— Все. Но ничего не скачала.
'Ничего не скачала — значит, не нашла того, что искала… А это значит, её интересовала чёрная бухгалтерия. Вот незадача — ведь я всегда ношу её с собой.'
— Семья, дети, связь с криминалом?.. — перечисляю я.
— Мать умерла при родах, отец разбился на машине спустя пятнадцать лет. Детей нет, судимости тоже.
— Джеймс… — начинаю я, смерив его недовольным взглядом. — Мне нужно спрашивать всё по очереди, или ты наконец скажешь, по какой причине эта залётная птичка решила свить здесь гнездо?
Мужчина напряжённо выпрямляется, словно собираясь с мыслями.
— Она переехала в Чикаго полгода назад со своим парнем. Сняла комнату у старой пары на окраине города. Через четыре месяца, после ссор и скандала, выгнала его. Затем стали приходить кредиторы, выбивая долги. Спустя месяц она переехала и устроилась к нам.
— Она расплатилась?
— На её карте не обнаружено подобных транзакций.
Я хмурюсь.
— Либо она продала почку, либо её долг перекупили, и теперь она отрабатывает его, работая шпионом в моей компании. Установи за ней слежку. Так мы выясним, кто под нас копает.
Джеймс кивает, уже мысленно прокручивая план действий. Я перевожу взгляд на экран ноутбука. Эмили, Эмили… Кто ты, птичка? Жертва или хищник?
***
— Опять ты эту хрень ешь! — с такими словами Саид заходит в мой кабинет.
Под «хренью» он, конечно, имеет в виду суши. В принципе, для него всё — хрень, если там нет мяса. Он из тех мужчин, что говорят женщине: «Ты зачем суёшь в меня эту траву? Давай лучше зажарим кабана!». Улыбнувшись своим мыслям, я хватаю палочками ролл, аккуратно макая его в соевый соус.
— Хочешь? — спрашиваю, держа на весу аппетитный кусочек.
Мужчина скривился.
— Лучше бы вместо него был кусок мяса.
'Ну вот, о чём я и говорила!' Саид питается исключительно мясными продуктами. За исключением йогурта. Никто не знает о его тайной клубничной страсти… кроме меня, конечно.
— Как нога?
Я вытягиваю её вперёд, с лёгкостью вращая стопой.
— Чудесно! Доктор сказал, что у меня удивительно высокая регенерация — почти как у молодой.
Крёстный скрещивает руки на груди, хмурясь.
— Что значит «почти молодой»? Ты и есть молодая.
Я усмехаюсь, откидываясь назад в кресле.
— Во-во, я тоже так думаю! А вот у доктора на этот счёт своё мнение. Ну да ладно, я не в обиде. Лучше скажи, что нового узнал?
Мужчина качает головой, словно не знает, с чего начать.
— По слухам, у наркокартеля идёт война за власть.
Я нахмуриваюсь, приглушённо постукивая пальцами по столу.
— Почему? Разве ты не говорил, что у них молодой глава?
— Да, но он болен лейкемией.
Резко перестаю стучать.
— Давно воюют?
— Несколько лет.
Я вздыхаю, и поджимаю губы.
— И всё-таки не понимаю, при чём тут я.
Саид смотрит на меня пристально.
— Ты точно никак с ними не связана?
Я вскидываю бровь, подбородком указывая на него.
— Ты же знаешь, наркотики для меня табу.
— Знаю, — он наклоняется вперёд, опираясь на стол. — Но что насчёт людей, которые с ними связаны?