— Вам знаком этот человек?
Она смотрит. Смотрит дольше, чем надо. Когда наконец говорит, голос ровный и чёткий:
— Кличка — Бард. Виделись три раза в жизни. Последний — сегодня, когда он душил меня. Я так понимаю, в базе уже есть его ДНК. Так в чём он замешан?
— Это закрытая информация для гражданских, — отвечает он сухо.
Оливия морщится, выпрямляется, насколько позволяет капельница:
— Детектив… — в голосе раздражение, замешанное с усталостью. — Этот человек угрожал мне. Пытался убить. И всё это — в прямом эфире. В вашей голове уже должен возникнуть логичный вопрос — для кого он это снимал? Кто должен был это смотреть? А за ним — следующая мысль: вполне возможно, он попытается сделать это ещё раз. Со мной. С Оливией Смит. Честной налогоплательщицей.
Она делает паузу, смотрит прямо ему в глаза.
— Так что давайте опустим вступление со словами "так нельзя" и просто скажите, за что его задерживали.
Мужчина прочищает горло. Молчит пару секунд. Возможно, решает, стоит ли с ней спорить.
— Мисс Смит…
— Бесите вы меня, честное слово, — перебивает она, с ноткой досады. — Знаете же, что я всё равно буду копать. Всё узнаю — даже больше, чем ваша полиция. И всё равно упираетесь…
Пауза. Наконец, он коротко вздыхает.
— Наркокартель.
Оливия приподнимает брови.
— Повторите.
— Леон Стоун, кличка "Бард", — произносит он, отчётливо, — связан с наркокартелем Las Sombras de Chicago.
Моя Леди поднимает глаза к потолку, и выдыхает:
— Опять этот чёртов картель…
— Вы сталкивались с ними раньше? — уточняет детектив, чуть наклонившись вперёд.
Оливия опускает взгляд, морщит лоб, будто от боли — или от раздражения:
— Нет.
Мужчина нахмурился — недоверие читалось в каждом его движении: в сжатой челюсти, в напряжённых пальцах.
— Мисс Смит, если вы что-то знаете, то вам лучше...
— Вам пора, детектив, — холодно перебивает Оливия. — Я устала. И хочу отдохнуть.
— Но…
— До свидания.
Саид, до этого молчавший, делает шаг вперёд и многозначительно кладёт руку на плечо мужчины. Тот замирает и смотрит на мою Леди ещё пару секунд — цепким, с оттенком раздражения взглядом.
Губы сжаты в тонкую линию, пальцы нервно сжимаются в кулак. Намерение возразить явно читается в его лице, но он сдерживается. Кивает коротко, почти машинально, затем разворачивается и выходит из палаты.
— Спасибо, — глухо произносит Оливия, глядя на крёстного.
— Он становится упрямее, — пробормотал тот в ответ. — Что будем делать?
— Ой... — протянула моя Леди, откидываясь на подушку. — Как много вопросов и как мало ответов.
Глава 18. Правила моей Леди
**Оливия**
На следующей день после похищения.
Я сидела на больничной кровати и листала отчёты от Джеймса, не понимая, читаю ли вообще — ведь все мысли занимал Бард и тот человек, которого он хотел шантажировать мной. Я снова перебрала имена в памяти, устанавливая временные рамки в два года — и пришла к очень тяжёлому выводу.
— Оливия, — вдруг позвал Райн.
Он стоял у окна, сливающийся с вечерней мглой — высокий силуэт, словно вырезанный из серого воздуха.
— Что? — я подняла голову.
— О чём так глубоко задумалась?
— О том, почему ты сейчас здесь, — ответила я, опустив планшет на кровать. — Со мной!..
Мужчина чуть наклонил голову.
— И какие у тебя версии?
— Неутешительные, — фыркнула я и смяла край пледа в ногах. — Варианты варьируются от "скрывает заказ на моё устранение" до банального… брачного мошенничества.
Улыбка мелькнула в его взгляде, но губы остались неподвижны. Затем он плавно приблизился и, сев рядом, произнёс вполголоса:
— Я ведь уже говорил, что если бы хотел навредить…
― …то я бы здесь уже не сидела, — перебила я, заканчивая за него.
Он улыбнулся.
— Вот именно. Сложно уйти, когда хочется дослушать до конца.
Я подняла взгляд — и встретилась с его глазами. Они были спокойны, но в них таилась какая-то неясная просьба.
— Что дослушать?
— Пошли, — внезапно сказал он, протягивая мне руку.
— Куда?