— Вы ошибаетесь, — упрямо перебила его Алекса. — Он меня не любит!
— Он знает вас и потому не может не любить.
— Чужая душа — потемки, — с болью произнесла молодая женщина.
— Но речь идет о вашем муже, миледи. Я бы спал спокойней, если бы знал, что вы счастливы и любимы.
— Вы хотите, чтобы я была счастлива с другим? Ушам своим не верю.
— Я знаю, что для вас лучше, Алекса. Потому что люблю. Надеюсь, вы выполните свои обещания?
Было время — до того как она потеряла ребенка, — когда она думала, что любит Адама. Алекса размышляла. Может ли она ради Лиса отыскать последние угольки той утраченной любви где-то в глубинах своего сердца?
— Если я пообещаю сделать так, как вы просите, мы еще увидимся?
— Разве я только что не сказал вам, что когда-нибудь вы непременно увидите мое лицо? Не сомневайтесь в этом, моя любезная леди. Мы еще встретимся. Это предопределено.
— Тогда я согласна, — сдалась Алекса с недовольным видом. — Хотя уверена, вы ошибаетесь, полагая, что Адам меня любит. А теперь вам пора, Лис.
— Сначала просьба, миледи. Один поцелуй.
Он коснулся губами ее губ с необычайной нежностью. Словно легкий ветерок.
— Лис, я…
— Ничего не говорите, Алекса, мы заключили соглашение. А теперь простимся до следующей встречи.
Не успела она опомниться, как он исчез.
Глава 10
Вскоре после появления Лиса Алекса быстро пошла на поправку.
— Что бы вы ни сделали или ни сказали, — сообщил Адаму доктор Ламбер, — это подействовало чудесным образом.
Адам загадочно улыбнулся, но промолчал, потому что сам был поражен. Слова Лиса не только послужили толчком к выздоровлению — ее молодое тело тоже явило свою волю. Адам втайне радовался, что прибег к крайним мерам, чтобы возвратить Алексу к жизни.
У Алексы появился аппетит, а щеки ее порозовели, она стала совершать прогулки и ела вместе с Адамом в столовой. Пришло время сказать Алексе, что в скором времени он собирается уехать. Сначала им нужно было многое обсудить. В ту ночь он проводил ее в спальню, но не удалился, как это бывало во время ее болезни.
Алекса, опасаясь, что он хочет близости, стала взволнованно ходить по комнате.
— Сядьте, Алекса, прошу вас, — сказал Адам, указав на кровать.
Молодая женщина неохотно подчинилась, и Адам сел рядом с ней.
— Вам что-нибудь нужно, Адам? — спросила она, вспомнив обещание, данное Лису. Если Адам хочет поговорить с ней, она выслушает его. Она едва не рассмеялась при мысли о том, какова была бы реакция Адама, узнай он, что она согласилась выслушать его только потому, что ее просил об этом другой.
Адам как-то странно посмотрел на нее, но ничего не сказал.
— Алекса, — нерешительно начал он, — теперь вы совершенно здоровы, иначе я не стал бы даже думать о том, чтобы уехать. Но больше я не могу откладывать. Мне надо выполнить очередное поручение.
Алекса хотела заговорить, но передумала.
— У меня нет выбора, дорогая. Пока идет война, я останусь на службе. Поймите, я делаю то, что должен делать.
— Когда вы уезжаете?
— Завтра.
— Зачем вы мне об этом говорите? Раньше вы никогда не обременяли себя этим, — уколола его Алекса.
— Я заслужил этот упрек. И попытаюсь ответить честно, насколько это возможно. Я хочу, чтобы вы ждали меня.
— Мне больше некуда деваться, — напомнила она.
— Я говорю не только о вашем пребывании в моем доме. Я понял, что вы очень много для меня значите. Я восхищаюсь вашей храбростью, вашей силой духа, черт побери, даже вашим характером. — Алекса не нашлась, что сказать, так была удивлена. — В общем, дорогая, я хочу сказать, что люблю вас.
— Вот как? И вы думаете, я вам поверю?
— Надеюсь, что поверите.
— А как же Гвен?
— Я уже пытался объяснить вам. Она для меня ничего не значит. И никогда не значила.
— И все же вы собирались жениться на ней, когда я появилась в вашей жизни.
— Гвен была частью некоего плана. Я думал, что она мне нужна, — пояснил Адам.
— И вдруг оказалось, что не нужна? Забавно!
— У меня есть вы, дорогая. Когда я вернулся в Америку, я думал, что никогда больше вас не увижу. Вы должны были стать женой Чарлза, и я знал, что вы меня ненавидите за то, что я с вами сделал. Гвен была мне нужна для… по причинам, разглашать которые я не волен. Но уж конечно, не для любви.
— В ту ночь, когда я потеряла нашего ребенка, — с упреком сказала Алекса (рана была еще слишком свежа, и она не смогла справиться с дрожью в голосе), — вы собирались переспать с ней.
— Это так, не буду скрывать, хотя, видит Бог, я уже достаточно наказан за это. Но хотел я не Гвен, а вас. Я вовсе не собирался причинить вред вам или ребенку, принуждая вас к близости. Я намеревался посетить бордель. Я выпил лишнего, и когда Гвен предложила мне себя, согласился. Но я не хотел причинять вам боль, потому что люблю вас. Гвен была лишь жалкой заменой той, кого я действительно хотел. Неужели вы не понимаете, что я проклинал свою похоть снова и снова после той ночи?