— Ты не должна бояться спрашивать меня о таком, ведь я уже знаю всё о тебе, — он сел чуть ближе, — но и тебе следует понимать, что я в первую очередь шиноби. Если твой отец — ниндзя, то ты знаешь, о чём я говорю. Нас учат безропотно лишать жизней других, в случае такого приказа. Я давно потерял счёт убитых мною людей. Около двадцати человек погибло, можно сказать, на твоих глазах, — Райга говорил это, осторожно поглаживая плечо Риоши и внимательно следя за её реакцией. Но услышанное не переменило взгляда девушки. — Из меня ковали орудие убийств и им это удалось. По приказу я разорял деревни, убивая всех, кого встречал на пути. У меня был лишь я сам, а все другие словно не имели значения, — улыбка постепенно сходила с его уст, и теперь его лицо совсем помрачнело. — Но во времена, когда я ещё служил Мицукаге, я узнал одну женщину, которой я впервые открыл душу и позволил идти бок о бок со мной, но в итоге она презирала меня, считала никчёмным и заставляла лишь сильнее чувствовать своё одиночество. Когда меня прогнали из собственного дома, я продолжил убивать, пытаясь испытать хотя бы тень удовлетворения… Но я встречал не достойных противников, а простых людей с жалобными глазами и мольбами пощадить их. А я не щадил, после задыхаясь от слёз и боли сожаления, — его глаза заблестели в лунном свете. Он ошибался, думая, что смог забыть о случившемся. Риоши, видя это, забеспокоилась и промокнула слезу на щеке Райги платком.
— Вы не заслуживаете всего этого. Вы — шиноби, несомненно, ваши руки по локоть в крови, но страдаете вы оттого, что так и не смогли до конца стать орудием убийств. Ведь вы не тронули Ранмару, а наоборот, взяли особенного, никому не нужного малыша с собой и дали ему то, что он никогда бы без вас не получил — заботу. Ещё вас тронула моя история про несправедливость, учинённую Акихиро и его людьми. Вы стали первым человеком, кто защитил и отомстил за меня. Я очень вам благодарна, но более всего я восхищаюсь вашим нежным, ранимым, но справедливым сердцем. Я хочу быть рядом не только для того, чтобы помогать вам, но, и чтобы не позволить кому-либо вновь вонзить вам кинжал в спину, — она говорила пылко, чувственно и искреннее, следя за тем, как меняется взгляд Куросуки.
— Я уже разучился верить людям, Риоши, но почему я верю тебе? — он аккуратно убрал от её лица пряди волнистых волос, чтобы лучше рассмотреть её худое лицо.
— Потому что я говорю то, что думаю. Другие меня за это ненавидят, но только не вы, — улыбнулась девушка.
Её слова воодушевили Райгу. Интуиция подсказывала ему, что теперь нет смысла выставлять щит перед собой; его можно отбросить, потому что теперь он испытывает то, что так долго искал — глубинную, согревающую радость, жажду жить. Он заключил хрупкую миниатюрную девушку в крепкие объятия, сжимая её тонкий стан сильными руками, прижимая к себе. Риоши расслабленно склонила голову к его груди, а затем вновь взглянула на мужчину. Он взял мозолистой рукой подбородок девушки, слегка его приподнимая, а сам склонился навстречу, чтобы прикоснуться к её губам. Она обвила шею Райги руками, а он гладил её волосы, не позволяя отстраниться от него.
Комментарий к 3. Договор
Спящие Райга и Риоши: https://sun1-16.userapi.com/HZ3MrgrLHcSqjLYYOf5LrQWG-buQYvB1cCG13Q/8UDk6-BNjdo.jpg
========== 4. Верность ==========
Осеннее солнце ещё по-летнему пригревало, но ледяной ветер пробирал до костей, заставляя Ранмару прятать от него лицо и прижиматься щекой к Риоши, сидя у неё на коленях. Райга собирал опавшие кленовые листья, подавая девушке, которая занималась украшением длинных лиловых волос мальчика. Тот смеялся и изворачивался, не давая возложить на его голову щекочущий чувствительную кожу венок из листьев и рябины, а Куросуки наблюдал за всем этим со стороны, мысленно отмечая, что едва ли не впервые видел Ранмару таким живым. Но вмиг мальчик переменился, а его глаза воспылали алым светом.
— Сюда приближается вражеский шиноби, — проговорил он.
— Один? — спокойно уточнил Райга. Предупреждённый о том, что попытки покушения на его жизнь не миновать, он был готов к бою с любым противником.
— Да, — подтвердил Ранмару.
— Раз он всего один, скорее всего Ватанабэ наняли кого-то достаточно сильного, но не исключено, что, раз он согласился сразиться с самим Мечником Тумана, то они попросту обманули наёмника, умолчав о том, кого ему следует убить, — заметила Риоши, вкладывая ребёнка в сумку на спине Райги, готовя его к сражению.
— Обманули, но это уже неважно. Он мог проверить эту информацию сам, но, если он не стал этого делать, слепо веря в лёгкость своей задачи, то это уже его собственная вина, — ответил Куросуки, но его прервал крик Ранмару:
— Райга, он уже близко!
— Уходи в дом, — повелел он девушке, — а я справлюсь сам.
Риоши кивнула, но её путь тут же преградил клон, а призвавший его шиноби встал напротив Райги. На повязке у нападавшего был знак Селения Скрытого Листа. Выходцам из Конохи уже приходилось сражаться против Мечников Тумана, потому он даже не сомневался, что мужчина, одетый как джонин, практически сразу понял, кто стоит перед ним. Он мешкал, думая над тем, как ему лучше напасть, чтобы, если не убить, то хотя бы выйти из боя с легендарным шиноби Киригакуре живым.
Чтобы отвлечь противника и заполучить преимущество в бою, конохский джонин решил напасть сначала на девушку, даже не являвшейся куноичи. Он побежал на Риоши с кунаем, но та, понимая, что настоящий скорее всего находился напротив Райги, определила, что к ней бежит клон. Она пятилась, пока за её спиной не оказался ствол клёна. Девушка застыла с ужасом в глазах, но это было не более, чем обманный манёвр перед тем, как она отпрыгнула в сторону, позволяя шиноби вонзить кунай в дерево, прежде чем исчезнуть. Куросуки воспользовался моментом, и по его воле холм, на котором они стояли, окутал туман, ниспадавший невесомыми волнами вниз и в стороны, дезориентировуя наёмника Листа и одновременно скрывая от его взора беззащитную Риоши. Она, увидев это, начала отступать, оборачиваясь на яркие вспышки молнии, которые Райга использовал как своё оружие.
Ожидание в стенах дворца, успевшего в столь непродолжительный срок утратить былой лоск и пышность, казалось невыносимым. Адреналин и страх не утихал в сердце девушки, заставляя его биться чаще даже через время.
Её испуганное побледневшее лицо переменилось, когда Райга оказался на пороге. Она поднялась с кресла и ринулась навстречу к шиноби. Его зловещий взгляд сменился более ласковым, когда миниатюрные ладони девушки легли на его вздымавшуюся грудь, а большие, искренне обеспокоенные глаза, всматривавшиеся в его уставшее лицо, унимали не до конца утолённую им жажду крови.
— Ты была права, моя Риоши, они подослали убийцу по мою душу, — прошептал мужчина, невесомыми прикосновениями очерчивая линию от скулы до подбородка девушки.
— Я знала, что конохский джонин тебе нипочём. У него изначально не было шансов, когда он вступил с тобой в схватку, — её голос звучал восхищённо и гордо за победу своего защитника. — Ты не пострадал?
Куросуки, никогда до того не сталкивавшийся с проявлением к нему заботы, отрицательно помотал головой, показывая, что он невредим, но потрепанная боем одежда опровергала его утверждение, будто бы враг не сможет даже коснуться его.