Он провел рукой по моим волосам, а потом наклонился и поцеловал меня. А после повел куда-то вглубь сада, что-то рассказывая… А у меня перед глазами все продолжало развеваться это знамя падшей невинности…
«Как же очаровательно она смущается» — подумал лорд Гриффинус и отвел с ее лица непослушную прядку. Ее губы так манили его… Он наклонился и поцеловал ее, она была так доверчива и доступна…
Он повел ее в свою любимую беседку, подальше от столь смущавшего ее символа принадлежности ему.
Она внимательно слушала его, но несколько раз пыталась посмотреть назад, он удержал ее, уводя все дальше вглубь сада.
— Элен, посмотрите, это знаменитый фонтан Лилот. По преданию, она была возлюбленной первого вампира. И именно у нее родился первый Истинный вампир.
— А первый вампир откуда появился? — заинтересовалась Элен.
— Вы же знаете, дорогая, что наш мир основали Старые Боги?
Элен непонимающе посмотрела на него, потом неуверенно кивнула.
— Бог воды Аквин и богиня плодородия Цеф родили оранжевую богиню Мута, которая стала покровительницей всех оборотней, на нее обратил внимание Синий бог Квалмэру, и у них родился сын Серс. Багряный бог стал богом крови. Он мог колдовать — убивать и лечить, используя обряды крови. Он полюбил богиню памяти Мадженту и у них родился сын Осанв, который обладал магией крови и ментальной магией. Он был своевольным и не чтил Старших Богов, поэтому боги наказали его, лишив бессмертия и запретив появляться среди них. Но Красная богиня Вита смилостивилась над ним и частично сняла проклятие. Она велела ему спуститься на Отарию и совершать благие поступки и, если обычная женщина добровольно отдаст ему свою кровь и полюбит его, и у них родится ребенок, то он будет прощен. Я вас еще не утомил, Элен?
— Нет, что вы, мне очень интересно, только…
— Что только?
— Я уже запуталась, — рассмеялась девушка.
— Тогда я не буду утомлять вас жизнеописанием и подвигами Осанва, скажу сразу, что Лилот полюбила его и родила ему сына Ноосфа, который и стал первым Истинным вампиром. Проклятие с Осанва было снято, а нам с тех пор остался брачный кровный обряд и то, что родить Истинного вампира может только человеческая женщина.
Элен остановилась и, встав напротив него, внимательно посмотрела в его глаза:
— Вы поэтому женились на мне? Вам нужен наследник?
— Элен, вы прекрасно понимаете, что брачный договор был подписан более пятнадцати лет назад. Да, тогда я пошел на такой шаг, учитывая и этот аспект нашего брака. Но теперь все изменилось… Я узнал Вас… И, если вы сможете подарить мне наследника, то это будет для меня большим счастьем, но не это теперь является для меня самым главным в нашем браке… — он ласково провел пальцами по ее щеке, потом придержал ее голову за подбородок и коснулся губами ее губ. Она не сопротивлялась… Он обнял ее и прижал к себе сильнее, она обвила его шею руками. Его руки ласково скользили по ее спине, удерживая ее. Потом он оторвался от ее губ:
— Почему вы не надели корсет? У вас еще болит? — он аккуратно коснулся места перелома.
— Почему вы не надели корсет? У вас еще болит? — задал мне вопрос лорд Рандольф и дотронулся до моего бока, мягкое тепло тут же заструилось с его пальцев.
— Нет, нет. Просто он не подошел мне по размеру, — улыбнулась я про себя, вспоминая, как ругались Роза и Клара, когда им не удалось затянуть корсет на мне — крючки сошлись уже вплотную, а он все продолжал болтаться на мне.
Лорд улыбнулся, наверно, поняв, как он мне не подошел:
— Я прикажу заказать для вас корсет по размеру. В ближайшее время нам предстоит несколько выходов в свет.
— И каких же? — поинтересовалась я, уже заранее внутренне содрогаясь.
— Через неделю вам предстоит посвящение в Клан, а потом пара визитов по соседям и, возможно, представление ко Двору. Не пугайтесь, дорогая, это все чистая формальность.
Мы подошли к беседке, увитой каким-то растением с крупными сильнопахнущими цветами. Лорд ввел меня внутрь и подвел к противоположной стороне:
— Посмотрите, какой вид открывается отсюда на Долину.
А посмотреть действительно было на что… Беседка стояла на высоком обрывистом берегу реки, прямо под нами изгибалась широкая и бурлящая на прибрежных камнях река. Противоположный берег был пологим, луна висела над ровной долиной, заросшей травой и каким-то невысоким кустарником… Края долины терялись в темноте…
— Как, наверно, здесь красиво, когда светит солнце! — восторженно сказала я.
— Должен вас разочаровать, моя дорогая, днем на долину спускается туман, и солнца почти не видно.