— Как красиво… А туман сейчас поднимется выше или так и останется внизу?
— Обычно он не добирается до беседки, — он плотнее запахнул шаль на ней и обнял ее за плечи.
— Элен…
— Да… — она чуть повернула голову к нему.
— Послезавтра вам предстоит обряд Посвящения в Клан…
— Я помню… — она сильнее прижалась к нему спиной.
— Мне бы хотелось, чтобы мы, согласно древнему обычаю, принесли Клятву на крови…
— И что это за клятва? — она продолжала стоять к нему в пол-оборота, и он видел, как подрагивают ее ресницы и, как на них чуть золотится пробившийся сквозь пелену солнечный лучик.
— Эта клятва свяжет нас крепче брачных уз, я никогда не смогу причинить вам вред и всегда приду на помощь…
— И что требуется от меня?
— Всего две капли крови…
— Вы укусите меня?
— Нет, — рассмеялся он, — всего две капли из пальца в бокал с вином. И я на всю жизнь ваш верный раб…
Она развернулась в его руках и пристально посмотрела ему в глаза:
— Ты очень этого хочешь?
— Да, — прошептал он.
— Тогда я согласна…
Он наклонился и поцеловал ее, она ответила ему, то подчиняясь, то нападая… И, вдруг, одно резкое движение, и он почувствовал на языке привкус ее крови…
— Элен, зачем? — он растеряно смотрел на нее.
— Но ты же этого хотел? — она опустила глаза и отвернулась к проему…
Он прижал ее к себе, легко поцеловал в шею:
— Элен, любимая…
— Ты, правда, меня никогда не бросишь? — тихо-тихо спросила она.
— Правда… Клянусь…
Он крепче прижал ее и зарылся лицом в ее распущенные волосы. Она откинула голову назад, прижимаясь к его плечу, и он увидел две блестящие слезинки, скатывающиеся из ее закрытых глаз.
— Элен, милая, ну что ты… — он попробовал развернуть ее лицом к себе.
— Нет, давай постоим так. Только не отпускай меня…
Он аккуратно убрал пальцем ее слезинки, а потом привычно обнял ее за талию, незаметно проверяя ее ауру. Вдруг что-то смутило его… Осторожно, чтобы не напугать ее, он провел рукой вниз. Нет, не может быть… Он боялся в это поверить… Там внизу бился и пульсировал яркий солнечный комочек… Ребенок. Его ребенок… О, Боги! Как отблагодарить вас за это чудо!?
Я стояла и смотрела в клубящуюся зеленую бездну… Почему? Почему я сделала это? Почему этот еще неделю назад чужой и так пугающий меня человек, вдруг стал мне так необходим? Его руки крепко прижимали меня, потом он ласково погладил мой живот, как делал это уже не раз. Его рука остановилась внизу, и с нее потекло такое приятное тепло. Он обнял меня крепче и прошептал что-то на непонятном языке… Потом аккуратно развернул меня к себе:
— Элен, дорогая, пойдем домой, уже становится совсем холодно…
— Пойдем, — прижалась я к нему, почувствовав вдруг, что холод пробирает меня до самых косточек.
Он подхватил меня на руки и шагнул в созданное им черно-багровое марево.
— Ты собирался снять с меня платье, — улыбнулась я сквозь все еще наворачивающиеся слезы, когда Ран усадил меня на край своей кровати.
— И с удовольствием это проделаю, — он опустился на колено и принялся расшнуровывать мою обувку, — У тебя совсем ледяные ноги, почему ты не сказала, что замерзла? — он стянул с меня чуть намокший в траве, по которой я пробежалась, чулок и сжал мою ногу в своих руках, согревая ее дыханием. Потом быстро стянул второй сапожек и чулок:
— Встань, я расшнурую платье.
Я послушно встала и обняла его, подставляя губы. Он нежно коснулся их, постепенно увлекаясь все больше и больше… Его руки скользили по моей спине, распутывая завязки, узелки и крючки… К концу поцелуя с меня слетела последняя одежка. Он подхватил меня и быстро запихнул под одеяло, а через пару мгновений я уже прижималась к его сильному и горячему телу…
Согревшаяся и утомленная я лежала на спине, положив голову Рану на плечо. Одна его рука покоилась у меня на груди, а вторая нежно поглаживала мой животик…
— У тебя будет ребенок, — целуя меня в голову, произнес Ран.
— Наверно, когда-нибудь будет… — расслабленно согласилась я с ним.
— Элен! У тебя скоро будет ребенок! Ты беременна!
— Что? — до меня постепенно стало доходить, что он сказал, — Какой ребенок?
— Наш ребенок.
Он взял мою руку и, накрыв ее своей, положил мне на живот, а второй прижал к себе мою голову:
— Закрой глаза и смотри…
Сначала было просто темно, а потом в этой темноте появилась золотая звездочка. И она, то становилась больше, то вновь сжималась…
— Что это?
— Не что, а кто… — усмехнулся Ран, не отпуская меня, — это наш ребенок.