— Вы? — он с изумлением посмотрел на меня, потом отошел на шаг назад и еще раз пристально оглядел.
— Баронет! Прекратите так разглядывать меня! Вы меня смущаете!
— Виктор. Просто Виктор. И не пугайтесь, пожалуйста, здесь в сельской местности дозволено более простое поведение…
— Не думаю, что это понравится моему мужу… — я начала собирать кисточки.
— Но позвольте хотя бы проводить вас?
— Нет, нет… Благодарю вас, но это излишне… — подозвала я слуг, — Прощайте, лорд Виктор.
— До свидания, леди Элен, — поклонился баронет, не торопясь, впрочем, садиться на лошадь.
Я не оглядываясь, но чувствуя на себе его пристальный взгляд, пошла по тропинке к дому. И вот что мне теперь делать? Хотя, вроде ничего недозволенного он не делал… Спросить у Рандольфа? Нет, нет… Навешивать на него еще и свои проблемы… Не буду вообще про это знакомство писать, только лишние волнения для него там. Вот вернется домой, тогда и расскажу. А сейчас постараюсь справиться как-нибудь сама…
Герцог Налдосский сбросил мокрый плащ прямо на пол, стянул грязные сапоги и повалился на кровать… Блаженно вытянулся на ней… Третьи сутки без сна, рысканье по болотам и горам давали себя знать… Он безумно устал, но сон не шел, прогоняемый безостановочно крутящимися в голове мыслями…
Да, проблемы были в Клане Долины Садов… Но только не «небольшие», как он сказал Элен, что бы не пугать ее, а очень даже существенные… В том письме от Стражника сообщалось о покушении на виконта Фижи… К счастью, в последний момент, виконт что-то почувствовал и смог увернуться от кинжала убийцы. Почти смог… Он остался жив, но ранение было достаточно серьезным, больше даже из-за того, что кинжал оказался отравлен… И яд мешал заживлению раны…
Несостоявшегося убийцу схватили, сумели блокировать его магию, сумели допросить — это оказался один из доверенных людей виконтессы… Сразу после неудавшегося покушения младший сын виконтессы Ромус скрылся где-то в горах с довольно большим отрядом сподвижников… Найти его пока не удалось… Допрос вдовствующей виконтессы тоже не принес никаких плодов… Она прекрасно понимала, что герцог не сможет отдать приказ палачу, и что пыток не будет… Человеческие женщины были священны в клане вампиров… Виконтесса откровенно издевалась над ним во время допроса, а он мог только крепче сжимать кулаки… Ему необходимо поймать Ромуса…
И еще одна головная боль — этот поганец Касьян! Сколотил вокруг себя банду отъявленных головорезов… Одна радость — они все новообращенные, днем они безопасны… Но им хватает и ночи, что бы совершить налет на деревню, уволочь с собой молодых девок и детей и сжечь все подчистую… Таких деревень уже три… Именно за бандой Касьяна он таскался две ночи по болотам…
Рандольф потянулся и открыл глаза… Прямо над ним, зацепившись задними лапками за балдахин и держа в передних свитки с сиреневыми ленточками висели три мышки — розовая, желтая и темно-синяя… Рандольф протянул руку, забирая письма. Элен… Его радость… Его дар Богов…
Она писала, что у нее все хорошо, отчитывалась о каждой своей минутке, целое письмо было посвящено бедствиям леди Моры. Она благодарила его за служанок, что он подобрал ей, спрашивала, можно ли предложить им работу в Долине… Она писала легкими поверхностными фразами… Но ее почерк выдавал ее с головой… Тщательно прописанные буквы, ни одной недописанной… Она даже чаще макала перо в чернильницу, чем это было нужно… Эль… Малышка… Что же так тревожит тебя?
Рандольф резким рывком поднял свое тело с кровати. Вернуться к Элен сейчас невозможно… Надо, хотя бы, написать ей… Успокоить ее… Легкий почерк, летящие, легкие слова… Эль… Любимая…
Ран писал каждый день… Как любит меня, как скучает… И ни слова про свои дела…
На следующий день я отправилась на берег реки, надеясь на встречу с леди Маргарет и ее мужем. Если уж совсем честно, то Мастер Корнелиус интересовал меня гораздо больше… И возможность вернуться обратно… Нет! Не желание! Именно возможность… А сейчас… Лишиться Рандольфа? Нет! Никогда! Об этом было страшно даже подумать… Я не знаю, какие силы перенесли меня к нему, но я им благодарна… Все, что было прежде — это глупая детская игра… И только сейчас и только здесь, я поняла… Я поняла, что такое любить и быть любимой…
Я сидела в кресле, откинувшись назад и блаженствуя под лучами утреннего солнца… Легкий ветерок с реки, пение птичек где-то там… Книжка, взятая больше для имиджа, чем для прочтения, выскользнула из руки… А и фиг с ней…