Мое сердце сжалось от горя потери и представшей передо мной картины. Но я запретила себе плакать, я запретила себе сочувствовать, запретила себе вообще испытывать эмоции. Осталась только ненависть. Все остальное позже. На оценку всего происходящего у меня еще будет время. Я обязательно поплачу над потерей братьев и над предательством отца, но не сейчас. Сейчас я должна быть сильной.
«Я не сломаюсь!» – дала себе обещание, когда черные омуты преисподней испытывающе посмотрели на меня. Едва заметное самодовольство проскочило на дне глаз огненного волка и тут же пропало, будто мне это померещилось. Или оно было настолько коротким, что сам носитель не успел им насладиться.
Руки воинов продолжали крепко сжимать мои запястья, но я не подавала виду, что мне больно. Сложно с уверенностью сказать, что, кроме ненависти к Морфаеру, я испытывала в это мгновение. Вздернув подбородок чуть выше обычного, я с презрением посмотрела на того, кто разрушил мой мир. С лица моего врага слетела вся спесь и ничего не осталось. Совершенно ничего. Он стоял передо мной, а я видела на его месте сгусток зловонной грязи. Чего бы он ни хотел добиться, он получил это. Но, кажется, это совершенно не осчастливило его душу. Впрочем, а есть ли она у этого волка?
Сейчас, под звуки всхлипывающего на полу холла отца, я ничего не могу ему противопоставить. Пока не могу.
4.2 Глава
4.2
— Дорогая, – снова напускная ирония с оттенком высокомерия сочилась из голоса врага, – завтра у тебя будет самый счастливый день в жизни. Советую тебе к нему тщательно подготовиться. Я люблю ухоженных женщин.
Едкие слова рвались наружу, но я сдержала их. Не время и не место спорить с ним. Сейчас он король положения, сейчас моя жизнь и жизнь моей сестры зависят от него. Я смотрела вслед удаляющемуся волку и еле сдерживала порывы ледяной магии, готовые в любой момент сорваться, чтобы пустить вслед правителю огненных волков тысячи игл. Но сомневаюсь, что после этого мне удастся избежать свадьбы. Нужно сдержаться.
«Мы обязательно с тобой поквитаемся, – дала себе и своей магии очередное обещание. – Мы отомстим за все, что здесь сегодня произошло».
Одновременно все воины, окружающие отца и сдерживающие меня, исчезли. «Так он еще и маг», – от этого мне стало тошно. Мой враг – не просто сильный воин, глава клана волков и многих завоеванных земель, но еще и маг. Его магические способности многое объясняют, – именно благодаря им он распознал яд в кубке и не купился. Черт! Почему шпионы отца не выяснили такое важное обстоятельство? Подозрения о предателе в стенах родного дворца начали укрепляться. Все это значительно усложняет дело.
«Что же делать?» – размышляла, идя по пустынным коридорам дворца. Все слуги и придворные куда-то запропастились, наверное, сбежали, увидев крах своего правителя. Все же в звериной натуре хищника есть недостаток: зверь внутри подчиняется лишь сильнейшему. Мой отец перестал быть таковым.
Во мне боролось два чувства: детская обида от слов отца и понимание его действий. Ребенок внутри меня, маленькая девочка, чувствовала себя преданной родным папой, но взрослая принцесса понимала: отец пытался найти выход из ситуации. Да, глупо, да, опытный правитель должен был продумать все наперед. Но ничего уже не изменить. Он пытался спасти сильнейших… Проклятая звериная натура. Как часто я жалею, что не могу до конца понять все это. Но это к лучшему.
В своей комнате я самостоятельно наполнила ванную и улеглась в нее, пытаясь привести мысли в порядок. Только в горячей воде я поняла, насколько были напряжены все мышцы тела, и легкое покалывание в конечностях было тому подтверждением. Вода смыла с меня всю грязь, которой я будто бы пропиталась от Морфаера. Как жаль, что смыть эмоции, кои наконец-то смогли вырваться наружу, ей не удалось.
Выбравшись из уже успевшей остыть ванны и замотавшись в махровый халат, я села на подоконник в своей спальне и с грустью вгляделась в заснеженные вершины, обступившие все владения отца. А принадлежат ли они все еще ему? Когда-нибудь все это должно было достаться Рольфу, но сейчас… Боль от потери братьев сжала мое сердце холодной рукой, а услужливая память стала воссоздавать в голове счастливые и веселые моменты нашей жизни.