— Не грусти, – подошел ко мне наставник, голос его оставался бесстрастен, но я чувствовала, что он пытается меня поддержать. Зря я вспомнила о том, кто я и какая судьба мне уготована. – Твой отец не сосватал тебя, ты можешь этому радоваться. Тебя обучают.
— Ох спасибо! – взвилась я. – Не отдали на верную смерть – теперь и этому радоваться? В стране оборотней без зверя быть, знаете ли, то еще удовольствие.
/Насколько же я была тогда глупа… Позже я не раз буду прокручивать в голове свою беззаботную жизнь и корить себя за глупые детские амбиции и недостойное поведение. Ведь отец хотел для меня лучшей жизни, я это понимала, но не всегда ценила. Зря./
— Адель, – строго сказал учитель, смотря в мои глаза, – мы не выбираем, кем родимся, но выбираем, кем мы станем. Запомни это. А теперь ступай.
Ну вот так вот, сама омрачила похвалу наставника. И что я за оборотень такой? Даже порадоваться не могу. На самом деле я была благодарна своему папе, ведь он, несмотря на количество прошений, так и не заключил мою помолвку. Я остаюсь свободной благодаря ему. Проклятье таких девушек, как я – мы идеально подходим любому оборотню, от нас сносит крышу, и только мы можем родить идеального наследника, сочетающего в себе всю силу и мощь своего рода.
Но я надеялась, что легенда, которую в детстве мне рассказывала мама, сбудется. О том, что если мне удастся найти истинную пару – свою половинку, свою любовь, то я не лишусь жизни в момент рождения первенца. Беда лишь в том, что таких случаев не было известно, ни в каких летописях о них не говорилось. Были лишь смутные предания, что брак с истинной парой дарит избавление от такой ужасной смерти. «Нужно надеяться, – подбадривала саму себя, – что подобных случаев просто не зафиксировали». Но правда была куда страшней. Все без исключения Леди-Лед умирали, даря жизнь идеальному наследнику. От таких мыслей у меня пробежали мурашки по спине. Лучше уж никогда не выходить замуж и не влюбляться, чем умирать молодой, в самом расцвете сил.
— Ваше высочество! Ваше высочество! – раздался крик позади, заставляя меня вынырнуть из размышлений. Развернувшись, я увидела служанку, спешащую в мою сторону. «Даже у нее есть барс внутри! Есть шанс на обычную жизнь. На нормальное женское счастье», – с горечью подумалось мне, но я отмахнулась от этих мыслей.
— Да? – чуть приподняв бровь, вопросительно посмотрела на девушку.
— Пришли портнихи, – получила ответ. – Платье к завтрашнему балу в честь приезда послов готово. Изволите примерить его сейчас же?
— Нет-нет, – отрицательно замотав головой, проговорила я, живо представив, как придется больше часа выслушивать расхваливания о том, как я прекрасно выгляжу в этом наряде. Вслух же добавила, чуть улыбаясь, – передай госпожам, что я не сомневаюсь в их таланте. Уверена, платье сядет идеально. И я благодарю их за работу, но сейчас мне нужно спешить.
Куда я тороплюсь – пока не решила, но величественно (надеюсь, вышло именно так) кивнув служанке, прошествовала мимо нее по коридору дворца. На ходу решила заглянуть к сестре, проведать подрастающее поколение. В последние месяцы мы виделись редко: в ней проснулся зверь и пока она не могла наладить с ним контакт. Вечно оборачивалась в неподходящее время, а себя в ипостаси барса не контролировала.
— Адель! – как только я распахнула дверь, мне на шею прыгнуло беловолосое чудо. Кристен только исполнилось шесть лет, и ее беззаботная веселость действовала на меня заразительно. Закружив малышку по комнате, я смотрела в ее лицо и понимала, как сильно успела соскучиться.
— Как ты здесь? Чертенок? – усаживаясь с Кристен на диван, серьезно спросила я.
— Как говорит няня: пока без изменений, – пожала хрупкими плечиками девочка, накручивая на пальчик мой синий локон.
Сестренка. Как сильно она была похожа на нашу мать. Можно сказать, ее маленькая, веселая и шаловливая копия. Смотря в эти озорные серые глаза, я всегда вспоминала родительницу. От этого на душе становилось тоскливо, но приходилось сдерживаться. Малышка не должна знать. Хватает и того, что наш отец из-за этого почти не общается с младшим ребенком.
Но и его можно понять. Они были истинной парой, идеальными партнерами с безоговорочной и безграничной любовью. Сейчас это редкость. Они были даже чем-то похожи внешне, но возможно, это только мое детское впечатление. А может, это из-за того, что правящая чета прожила не один счастливый год вместе, понимая друг друга и дополняя. Потеряв ее, отец потерял часть себя. Навсегда изменился.
Мотнув головой, прогнала грустные мысли. «И что это сегодня со мной? – задала себе вопрос. – Тянет на печальные размышления». Вслух же спросила: