Зачем было жить? У Драко не осталось семьи, не было любви всей его жизни, а огромное поместье заставляло лишь острее чувствовать пустоту внутри. И худшее из всего — непрестанная тень вины, которая беспощадно обрушивалась снова и снова на его и без того холодное сердце, разъедая его.
Драко плотнее прижал полотенце к груди, чувствуя внезапный приступ боли. Скоро он вновь услышит её голос, и всё будет хорошо.
«Ты ошибаешься». — Спокойный и мягкий голос не заставил себя долго ждать.
— В чём? — спросил Драко, с удивлением понимая, что слова срывались с его губ гораздо легче, чем он ожидал.
«В жизни».
Драко помедлил.
— Она ничего не стоит.
«Уж точно она не стоит того, чтобы так её терять».
— Как?
«Так, словно ты сдаёшься».
— Это не далеко от истины. Я заслужил такой конец — у меня нет причин, чтобы жить.
«Тогда найди их».
Драко издал безжизненный смешок.
— Тебе легко говорить.
Он почувствовал невесомость во всём теле, боль отступила. Мышцы расслабились, больше не было давления. Скоро наступит покой.
— А это приятно, — прошептал Драко.
Но покой не наступил. Вместо него отчаянный женский крик пронзил воздух над головой Драко. За ним последовали чьи-то глубокие вдохи и крики о помощи. Кто это?
— Драко!
Боль вернулась. Медленно расползлась по жилам от груди, овладевая всем телом. Драко слышал собственное тяжёлое, прерывистое дыхание и вновь почувствовал тёплую липкую кровь на ладони, сжимавшей полотенце.
— Драко! — вновь позвал странно знакомый голос. — Скажи что-нибудь!
Он почувствовал тяжесть на груди, сознание возвращалось рывками, рассеивая темноту перед глазами и превращая её в смесь размытых красок и очертаний.
— Ты слышишь меня?!
Размытые цвета начали приобретать форму. Драко всё ещё не мог шевелиться, но дважды моргнул в ответ на вопрос и немного приоткрыл глаза.
— Слава Мерлину… — воскликнул женский голос в облегчении. — Я приведу Элая, просто дыши, хорошо?
Очертания объектов проступали всё чётче и чётче, когда Драко наконец полностью открыл глаза и встретился лицом к лицу с до смерти перепуганной Пэнси Паркинсон.
Глава 14. Пустые мечты. Часть первая.
— Драко… — позвал чей-то мечтательный женский голос. — Проснись и пой, красавчик.
Драко резко открыл глаза и первым, что он увидел, было улыбающееся лицо Пэнси Паркинсон.
— Пэнси… — начал он слабым голосом.
— Да?
— Что ты делаешь?
— Помогаю тебе поправиться, дурачок, — ответила она, играя прядью его волос.
— Я вижу, — сказал Драко. — Но тебе обязательно лежать на мне?
Пэнси едва заметно поморщилась, но всё-таки скатилась с него на свободную часть кровати.
— Раньше тебе это нравилось, — с досадой отметила она.
— Ага, — отрешённо согласился Драко и огляделся. Он находился в своей комнате, голова привычно касалась пуховой подушки, а тело, как в кокон, было завёрнуто в зелёное шёлковое покрывало. Шторы были неплотно задёрнуты, и в комнату проникал мягкий лунный свет.
— Какой сегодня день? — спросил Драко.
— Прошло тридцать часов, — отозвалась Пэнси, сообразив, что именно это его интересует. — Ты был в отключке большую часть времени.
— Большую часть? — переспросил Драко, приподнимаясь на локтях и принимая сидячее положение.
— Элай сказал, что ты бредил о чём-то, но, полагаю, ты ничего не помнишь.
Драко окинул Пэнси внимательным изучающим взглядом. Прямые чёрные волосы были заправлены за уши и касались плеч, обычно испуганные глаза сейчас выражали спокойствие и кокетство. Она заметно похудела со времени обучения в Хогвартсе, и оранжевый свитер со спущенным плечом лишь подчёркивал это.
Пэнси лежала на животе подле него, опершись на локти. Она протянула ладонь к оголённому плечу Драко и начала выводить пальцем причудливые фигуры.
— Ты всех напугал, — задумчиво произнесла она.
Драко не удостоил её ответом, только прислушался к ощущениям с целью убедиться в наличии штанов. Удовлетворившись результатом, он слегка отодвинул покрывало, оголяя грудь. Ожоги всё ещё были там. Только теперь они проступили сильнее, чем когда-либо, а на заживающей плоти отчётливо обозначился крестообразный шрам. Тем не менее краснота заметно спала, а когда Драко осторожно дотронулся до груди, боль была значительно слабее, чем прежде.
— Всё так плохо, как выглядит? — невзначай поинтересовалась Пэнси, рассматривая шрамы.
— Нормально, — солгал Драко. — Спасибо, кстати.
— Обращайся, — улыбнулась она.
— Что ты делала в Южной башне? — спросил он. — Ты ведь там меня нашла?
— Да, ты сидел у стены в углу, — кивнула Пэнси. Её лицо приняло серьёзное выражение: — Я услышала тяжёлое дыхание, а потом ты начал что-то бормотать, и я нашла тебя по голосу.
— И всё же, что ты там делала? — вновь спросил Драко, надеясь что она не станет расспрашивать его о подробностях. Не хватало ещё, чтобы Пэнси сомневалась в его вменяемости.
— Зашла в гости, — пожала она плечами. — Мы не общались уже несколько месяцев.
Её губы растянулись в озорной улыбке, и Пэнси склонилась к лицу Драко.
— Я скучала.
Драко не отстранился — он уже привык к её манере общения.
— Я рад, что ты заглянула.
Пэнси почувствовала плохо скрываемое безразличие в его голосе и игриво надула губки.
— Ну же, Драко, — прошептала она, склоняясь ещё ближе, — неужели ты совсем по мне не скучал?
— Не думаю, что сейчас самое подходящее время.
— Время просто идеальное. — Её губы почти касались уха Драко.
— Я сильно ранен.
— По мне ты выглядишь абсолютно нормально, — ответила Пэнси. — Спокойно разговариваешь да и двигаешься без труда.
Драко уставился на неё, поражённый внезапной мыслью. Она была права. Он свободно поддерживал беседу, и грудь не отзывалась резкой болью на каждый вдох. Да и покрывало он подвинул без привычного чувства жжения на коже. Драко мысленно перенёсся в день после схватки с Адрией в Северной башне: проснувшись, он едва мог связать пару слов, не говоря уже о полноценной беседе.
— Что-то не так? — Голос Пэнси вывел его из задумчивости.
— И много здесь было целителей? — вдруг спросил Драко.
— Нет, — ответила она подозрительно. — А почему ты спрашиваешь?
— Просто любопытно, — пожал Драко плечами, имитируя беззаботность.
Пэнси вновь улыбнулась, и нежно положила ладонь Драко на щёку.
— Тебе надо отвлечься от того, что случилось, — сказала она, и в её глазах заплясали озорные искорки. — Позволь мне помочь тебе.
Она вновь улеглась поверх Драко и начала играть прядью его волос.
— Так сколько, ты говоришь, тут было целителей? — спросил он, заглядывая ей в глаза.
— Это не совсем то, что я ожидала от тебя услышать, — страстно выдохнула Пэнси.
— Так сколько? — настаивал Драко.
— Только Грейнджер, — раздражённо ответила она.
Кровь отлила от лица Драко, и он мгновенно выпрямился, заставляя Пэнси вновь переместиться на другую половину кровати.
— Что? — спросил он безжизненным голосом.
— Здесь была только Грейнджер, — повторила Пэнси, уже не стараясь скрыть раздражение.
— Она видела меня?
— Она тебя лечила, — бросила Пэнси с усмешкой. — Если не ошибаюсь, для этого требуется видеть человека.
— Она не могла… — пробормотал Драко больше для себя, чем для Пэнси. — Я был на другом конце замка.
— Её привёл Элай, — отозвалась она. — Ты едва дышал, когда я нашла тебя. Я позвала на помощь, и прибежали двое твоих эльфов. Один сразу умчался за Элаем, а второй наколдовал носилки и перенёс тебя сюда. Когда мы добрались до комнаты, Элай и Грейнджер уже были здесь.
Драко сжал ладонь в кулак, с силой ударил по спинке кровати и выругался.