– Да, – ответила Саар. – Я чувствую твою боль. И я вижу, что ты не такая, как остальные в этом доме. Ты заслуживаешь свободы.
Саар пообещала, что до моего побега снабдит меня всем обещанным. Мы договорились о встрече и распрощались. В этом перевернутом вверх тормашками мире люди друг другу враги, а помощь оказывает мне змей – тот, кто, согласно легендам и мифам, сбивал человечество с праведного пути.
Тут волей-неволей задумаешься: а правильным ли был путь, которым шло человечество? И кто определил эту правильность? На какие ориентиры он опирался?
Подходя к дому, я отстала от Морфина и, убедившись, что тот ушел, спрятала свои бумаги в ветвях куста.
Домой к Гонтам я вернулась в приподнятом настроении. Второй пункт моего плана был исполнен: корзину забрали, Марволо сам занялся растениями. Я открыла окно в своей спальне для проветривания и приступила к приготовлению супа из какой-то дикой птицы. Улучив время, спрятала в карман флакончик для яда, который мне обещали. Снова туда-сюда, я незаметно подбросила свои бумаги на подоконник своей комнаты, а затем спрятала их внутри. Теперь я могла не опасаться, что очередной порыв ветра скинет их на влажную после дождя землю и испортит мои документы.
Солнце ласково пригревало щеки, и я, глубоко вздохнув, ощутила, как теплый летний воздух наполняет легкие. После скудного обеда, состоявшего из черствого хлеба и водянистой похлебки, у меня появилось немного свободного времени. Свободного времени, которое я решила потратить на изучение окрестностей, и вышла прогуляться вокруг дома Гонтов. Мне было необходимо развеяться. С тех пор как я очнулась в этом теле, в этом доме, в этом времени, я чувствовала себя словно птица в клетке.
Ощущение чужого тела, чужой жизни все еще не покидало меня. Я не сопоставляла себя с этим телом и местом. Я живу чужую жизнь. В принципе, так это и было. Ощущение неправильности нещадно терзало меня. Когда я читала истории о переселенцах и попаданцах в другие миры и тела, я не припоминаю, чтобы у них сродство с телом происходило так долго. Я, как всегда, в своем репертуаре: слишком много думаю о том, что, по сути, не имеет значения, слишком сильно загружаюсь, вгоняя саму себя в уныние.
Дом Гонтов, скорее лачуга, угрюмо возвышался на холме, словно больной зуб в пейзаже Литтл-Хэнглтона. Облупившаяся краска, покосившиеся стены, заросший сорняками двор – всё кричало о запустении и упадке. Я вышла за калитку, стараясь не обращать внимания на колючие взгляды, которыми меня провожали отец и брат из окна. Они были дикими. В их глазах плескалась ненависть и презрение, и я понимала, что должна быть осторожна. С безумцами по-другому и нельзя.
Я шла по узкой тропинке, ведущей вниз с холма. Лёгкий летний ветерок приносил живительную прохладу, обдувая лёгкими волнами и принося с собой витавший в воздухе запах свежескошенной травы. Я люблю этот освежающий запах, он напоминал мне о беззаботном и счастливом детстве.
Я шла по тропинке, наслаждаясь звуками природы. Птицы весело щебетали, а ветер нежно колыхал траву. Я чувствовала себя свободной и счастливой, как никогда прежде за время моего здесь пребывания. Моё внимание привлекла небольшая поляна, усыпанная яркими цветами. Я подошла ближе и присела на траву, вдыхая аромат полевых цветов.
Вокруг простирались поля, колосья сочных зелёных стеблей мерно раскачивались на ветру. Вдалеке виднелась деревня с её немногочисленными домами и церковью.
Я шла медленно, стараясь запомнить каждую деталь. Мне нужно было понять этот мир, эту эпоху. Я чувствовала себя чужой в её теле, в её жизни. Я знала, что она несчастна, забита и запугана. Я пыталась отделить её чувства от своих. Мне почему-то казалось, что так я смогу их отпустить.
Еще немного погуляв, я притомилась и вернулась обратно к дому Гонтов. Сегодня я и так много гуляла. Возбуждение от провернутой мной авантюры все еще будоражило мою кровь. Счастье не покидало меня.
После ужина я снова вышла во двор. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые и оранжевые тона. Я легла на землю. Я лежала на жесткой, колючей траве, чувствуя, как земля впитывает остатки дневного тепла. В голове царило спокойствие, впервые за время моего нахождения в этом мире. Я наслаждалась маленькими ростками уверенности, зародившейся в моей душе.
В этот же вечер малышка Саар приползла близко к нашему дому. Я, помня о ее визите, поэтому коротала вечер недалеко от границ нашего дома. И не прогадала. Три пары глаз не мигая смотрели на меня из дальних кустов.