Мужчина загрузил в повозку несколько мешков с инструментами и провизией.
– Готова? – спросил он, когда я подошла.
– Да, – ответила ему, стараясь выглядеть уверенно.
Мы сели в повозку, и мистер Браун тронулся в путь.
Вчера я распрощалась с моим первым другом, который, несмотря на то что является животным, помог мне чуть ли не больше любого человека за всю мою жизнь. Мне было немного грустно от того, что я больше не увижусь с Саар.
Дорога была извилистой и ухабистой, но я чувствовала, как с каждым километром удаляюсь от прежней жизни, как перестаю быть другим человеком, как могу быть самой собой.
– Ты знаешь, – начал мистер Браун, – ты всегда напоминала мне мою сестренку. Она умерла еще в детстве, так как была слабенькой и болезненной. Я рад, что могу помочь тебе.
– Спасибо, мистер Браун. Я очень благодарна Вам за помощь, – улыбнулась я, переполненная счастьем.
Поездка была не пятиминутным делом, и мы с молодым человеком разговорились. Я рассказала о семье Гонт, о том, почему мы такие странные. Мне, если честно, было плевать на статус секретности, поэтому я без утайки рассказала о магии, даже показала пару заклинаний, которые знала. Рассказала о том, что мы из очень старинного рода, и что, как здесь есть элита, так и в магическом мире есть своя элита, и мы ее часть. Правда, в борьбе за чистоту крови перешли разумные границы, и многие поколения инцеста откровенно плохо отразились на нас. Я рассказала о том, что и мне была уготована участь выйти замуж за своего брата Морфина, а мне не хочется, что я вообще замуж не хочу и даже знаю, что рождение ребенка не переживу.
Я рассказывала о том, как меня всю жизнь ломали как личность, не разрешали учиться, узнавать что-то, лишь бы я оставалась глупой, забитой дурой, чтобы просто в нужное время зачала и родила наследника. Юноша слушал и проникался моей незавидной судьбой.
Когда мы наконец достигли Лондона, я была поражена его величием. Высокие здания, шумные улицы, люди, спешащие по своим делам – все это было так завораживающе. Это странное чувство, как будто ты вернулся домой.
Когда молодой Реддл узнал, что я собираюсь ночевать на станции, разозлился и никуда меня не отпустил.
Пока он искал жилье и заключал договор, Фрэнк отправился закупать мне продукты на первое время, а я осталась сидеть в телеге в качестве сторожа.
Я наблюдала за прохожими и не могла дождаться того мига, как вольюсь в жизнь этого города.
Мне сняли небольшую комнату в доходном доме. Мистер Реддл расщедрился и оплатил мне жилье на месяц, чему я была безгранично рада.
– Вот мы и на месте, – сказал мистер Браун, останавливая повозку. – Я оставлю тебя здесь, но будь осторожна. Лондон — это город, полный возможностей, но и опасностей. Не забывай, что ты одна, и всегда оставайся начеку.
Я кивнула, чувствуя, как во мне закипает смесь волнения и страха. Я вышла из повозки и огляделась. Лондон был огромным, и в его сердце бились тысячи жизней. Я сделала шаг вперед, и мир вокруг меня зашумел – звуки разговоров, смеха, криков уличных торговцев и гудения повозок.
Мое временное пристанище было простым, без изысков: стены, пол, потолок, кровать, стол, пара стульев, шифоньер, буфет. Была общая душевая комната и общая кухня. По мне, все что угодно лучше того хлева, в котором жили потомки древнего рода Гонт.
Фрэнк загрузил в мою комнату покупки и зеркало, и они отчалили, оставив меня обустраиваться.
– Спасибо вам, мистер Браун, мистер Реддл, – произнесла я. – Я никогда не забуду, что вы сделали для меня.
– Удачи тебе, Меропа! – улыбнулся Реддл.
– Береги себя, Меропа, – ответил мистер Браун. – Если тебе понадобится помощь, ты знаешь, где меня найти.
Я посмотрела ему в глаза, и в этот момент я поняла, что этот человек был для меня настоящим другом. Я кивнула и, когда повозка скрылась из виду, сделала глубокий вдох, готовясь к новому началу.
За сегодняшний день и вчерашнюю ночь я так испереживалась, что мне ничего не хотелось. Напряжение последних дней, проведенных в чужом мире, схлынуло, оставив после себя глухую пустоту. Акаши, к моему счастью, был сыт. И весь этот день я проспала, даже не разобрав покупки.
На утро следующего дня я наконец разобрала вещи и покупки. На столе под продуктами я обнаружила деньги – 270 фунтов – и разрыдалась. Конечно, я понимала, что это мистер Реддл отсыпал мне от своих барских щедрот. Но сама не знаю, что на меня нашло, я не понимала природу своих слез и чувств.