Это была не благодарность, хотя и она, безусловно, присутствовала. И не вина, хотя и она терзала меня, словно маленькие, но острые зубы.
Скорее, это было какое-то смутное, болезненное осознание. Осознание пропасти, развернувшейся между мной и им. Между мной, грязной оборванкой, бежавшей из нищеты, и им, богатым, влиятельным, окруженным роскошью и, как я теперь понимала, какой-то холодной, отстраненной силой. Эти деньги были не просто помощью, они были символом этой пропасти, символом моей зависимости от его милости. И глупая Меропа решила его приворожить!
Я вытерла слезы тыльной стороной ладони и посмотрела на пачки банкнот. Девать мне их было некуда, а оставлять валяться на столе – приглашение для воров. Я, недолго думая, утрамбовала все в футляр для скрипки. Из оставленных денег я взяла десять фунтов на первое время, остальное спрятала.
После того как я выплакалась, ушла принимать душ и готовить себе завтрак. Так началось мое первое утро самостоятельной жизни.
Глава 5. Новый рассвет.
С самого утра меня оглушил лондонский гул. Дымка, словно вуаль, окутывала город, смягчая резкие очертания зданий и приглушая крикливые звуки уличных торговцев. В воздухе витала смесь запахов: влажной земли, угля, свежеиспеченного хлеба и, конечно, неизменного табака. Этот гул был не таким, каким я помнила его в двадцать первом веке. Здесь он какой-то более глубокий, более насыщенный, как будто город дышит вековой историей. Возможно, это глупое сравнение, но шум этого города казался каким-то основательным, вдумчивым. Дымка, легкая, почти незаметная, висела в воздухе, придавая всему вокруг оттенок сепии, словно я попала на старую фотографию.
Июньское солнце пыталось пробиться сквозь эту дымку, но безуспешно. Все вокруг казалось серым, но не унылым, скорее, элегантным. Мужчины в котелках и строгих костюмах спешили по своим делам, а женщины в шляпках и длинных платьях грациозно скользили по тротуарам. Я чувствовала себя немного неловко в своих старых, выцветших и простых лохмотьях по сравнению с изысканными нарядами прохожих. Мое серое платье сливалось с окружающим фоном, делая меня декорацией, не более. Я шла по улице, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, но в то же время ощущая, как меня тянет к этому миру, полному загадок и возможностей. Каждый шаг отзывался в моем сердце эхом давно забытых мелодий, и я понимала, что здесь, в Лондоне 1924 года, я могла бы заново открыть себя.
Я поручила малышке Акаши проследить за тем, чтобы никто не вломился в нашу комнату и ничего не украл. А сама отправилась исследовать город. Мне было необходимо купить всякие женские мелочи, ведь без них сложно обойтись. Я искренне нуждалась в чем-то исключительно моем в этом чужом мире, где чужим было все, включая тело, в котором я обитала.
Первым делом мне понадобились средства женской гигиены и зубная щетка с пастой. Я зашла в небольшую аптеку, которая располагалась недалеко от того доходного дома, в котором я буду жить ближайшие четыре недели. Воздух в аптеке был густым от запаха лакрицы и камфоры. За прилавком стоял худой мужчина с аккуратно подстриженными усами и в очках, сползающих на кончик носа. Он внимательно изучал какую-то книгу в кожаном переплете.
– Доброе утро, – сказала я, стараясь говорить достаточно громко, чтобы привлечь его внимание, но не нарушить тишину, царившую в аптеке.
Мужчина вздрогнул, словно очнулся от глубокого сна, и поднял на меня взгляд. Его глаза, за стеклами очков, казались увеличенными и немного удивленными.
– Ах, да, доброе утро, мадам, – пробормотал он, поправляя очки. – Чем могу быть полезен?
– Мне нужна зубная щетка и зубная паста, – начала я издалека, не зная, как в начале двадцатого века могут отнестись к вольностям в таких интимных вопросах.
Он кивнул и, оставив свою книгу на прилавке, направился к полкам, заставленным рядами баночек и коробочек с непонятными надписями.
– Зубные щетки... зубные щетки... – бормотал он себе под нос, перебирая щетки разных размеров и форм. – Вот, позвольте предложить вам новинку, мадам. Щетка из щетины кабана, очень прочная и долговечная. А паста... у нас есть мятная, гвоздичная и даже с добавлением древесного угля, для отбеливания зубов. Что предпочитаете?