Я с метлой в руках и с усталым, но решительным взглядом наблюдала за тем, как солнечные лучи пробиваются сквозь листву деревьев, создавая на земле причудливые узоры. Я знала, что моя работа не из лёгких, но в этот знойный день, когда воздух казался тяжёлым и липким, я чувствовала себя особенно плохо. Каждый взмах метлы давался с трудом, а каждый собранный лист – требовал титанических усилий. Я устала и решила сделать себе небольшой перерыв.
Я дошла до участка моего коллеги, мистера Фостера. Он говорил, что когда солнце слишком сильно припекает, он заходит в церковь: там всегда царит прохлада.
Я посмотрела на шпиль церкви Святой Анны, возвышающийся над кронами деревьев. Его готические очертания, обычно внушавшие благоговейный трепет, сегодня казались лишь размытым миражом в мареве знойного воздуха. Идея коллеги показалась мне спасительной. Прохлада и тишина церкви – вот что мне сейчас было нужно.
Религия никогда не была моей сильной стороной. Но разве чтобы насладиться красотой красивого архитектурного искусства, обязательно вера в Бога? Мысль о прохладе и тишине, царящих за этими массивными дверями, была заманчивой, и я не собиралась от неё отказываться.
Спрятав метлу за ближайшим кустом, я направилась к церкви. Тяжёлые дубовые двери поддались с тихим скрипом, и я шагнула внутрь. Контраст с палящим солнцем был поразительным. Внутри царил полумрак и прохлада, словно в погребе. Запах ладана и старого дерева обволакивал, создавая атмосферу спокойствия и умиротворения.
Я медленно прошла по каменному полу, рассматривая витражи, изображающие библейские сцены. Свет, проходя сквозь цветное стекло, окрашивал пол в яркие оттенки. Я села на скамейку и наслаждалась прохладой и тишиной. Никого вокруг, только я и величественная архитектура.
В такие жаркие дни я стала заглядывать в эту церковь и отдыхать вдали от солнечных лучей.
Август выдался солнечным и жизнерадостным. Уж не знаю почему: то ли я стала привыкать к нагрузкам, то ли магия стала накапливаться быстрее, но я была полна энергии. В моей жизни всё было прекрасно: у меня была крыша над головой, у меня была работа, которая приносила маленький, но стабильный доход, которого хватало на жизнь. Я училась в вечерней школе и через два года должна была получить сертификат. И магия! Я училась магии, не стоит и забывать о том, что у меня была неприкосновенная заначка – по меркам современной Англии, очень даже внушительная подушка безопасности.
Мне почти начала нравиться моя новая жизнь. Если бы не работа дворника, я была бы счастлива. Я оживала во время учебы. Мне очень нравилось ходить в школу. Возможно, я возлагаю слишком много надежд на магловский сертификат, но бюрократия и любовь к бумагомарательству двадцать первого века приучил меня, что для любого чиха должна быть бумажка. И я радовалась тому, что через пару лет получу свой заветный документ об образовании. Уж не знаю, с чем связано это чувство, но я предвкушала начало новой эпохи в своей жизни. Это было странно, ведь сертификат об окончании обучения я получу только через два года.
Помимо обучения в обычной школе, меня волновало и моё владение магией. Пусть колдовство на эмоциях даётся мне теперь легче благодаря правильной волшебной палочке, но я знала, что это лишь капля в море. Магия гораздо больше, чем пара показанных Морфином заклинаний. Я читала недавно приобретённые в Косом переулке книги и усердно практиковала упражнения из них.
Каждый вечер, после тяжёлого дня, я садилась на кровать и закрывала глаза. Я пыталась почувствовать магию внутри себя. Сначала это было похоже на слабое покалывание, на едва уловимое тепло. Я концентрировалась на этом ощущении, стараясь усилить его.
Я представляла себе свет, яркий и чистый, проходящий через мое тело. Я визуализировала, как этот свет заполняет каждую клетку, каждую частичку меня. Это было сложно, требовало огромной концентрации и усилий. Но постепенно, день за днем, я начала чувствовать, как магия становится сильнее и податливее. Я старалась как можно чаще медитировать.
К середине августа, в свои выходные, я начала снова ощущать магию внутри себя. Теперь она ощущалась как ласковый, теплый клубочек внутри грудины, а не как колючий шар, распирающий меня, как раньше. Я предполагаю, что мой организм привык к тяжелым нагрузкам, и теперь сила тратится не только на восстановление тела, но и немного накапливается.