Я провела пальцами по выгравированным символам, чувствуя их тепло и силу. Работа была нудной и кропотливой, но все получилось, и удовлетворение пролилось бальзамом на душу.
Я, тяжело вздохнув, убрала за собой. Вчера был ровно месяц, как я приготовила эликсир исцеления, это значит, что первая его порция уже настоялась и готова к употреблению. Перед сном я выпила свое творение. Вкус был неясным: он был и не вкусным, но и не был противным, нечто странное, маслянистое и обволакивающее.
Акаши, словно почувствовав перемену, тихонько зашипела и подползла ближе, обвиваясь вокруг моей ноги. Ее чешуя казалась еще более гладкой и прохладной, но теперь в ее присутствии не было той прежней отстраненности. Она была здесь, рядом, и это уже было чем-то.
Вначале не было никаких ощущений, мне даже начало казаться, что я неправильно приготовила эликсир, но затем начался ад. Сначала это было похоже на тысячи крошечных иголок, впивающихся в мою кожу, затем жар, который, казалось, исходил изнутри, обжигая каждую клетку моего тела. Я закричала, хватаясь за горло, пытаясь выдохнуть этот огонь, но из легких вырывался лишь хрип. Акаши, испуганная, отскочила, ее глаза расширились от ужаса, но она не убежала, осталась рядом, наблюдая за моим мучением.
Я упала на пол, корчась от боли. Казалось, мое тело разрывается на части, каждая кость трещит, каждый нерв горит. Я чувствовала, как что-то внутри меня меняется, трансформируется, но этот процесс был мучительным, жестоким. Я думала, что это конец, что я переборщила с зельем, что моя магия, моя сила, обратилась против меня.
Мне казалось, я умру. Это было до безумия больно, все кости будто ломались снова и снова. Я мечтала о том, чтобы эта пытка скорее закончилась. И это случилось: мое сознание погрузилось в спасительный мрак.
Я проснулась лишь к обеду следующего дня. От боли не осталось и следа. Но это не меняет того факта, что чувствовала себя выжатой досуха.
Первым делом мне захотелось на себя взглянуть. Я вытащила зеркало и развернула его из ткани. Я жадно впилась в отражение: волос у меня не прибавилось, цвет кожи так и оставался нездоровым серым, как у покойника. Зато многое другое изменилось. Черты лица стали миловиднее, глаза мои стали нормальными, они перестали косить, мои плечи были на одном уровне. Я приподняла подол сорочки, ноги – они стали гораздо ровнее. Я широко улыбнулась, девушка в отражении повторила за мной и, одарив меня оскалом ровного ряда зубов, заставила меня понять, что все это было не зря.
Я умылась и позавтракала, провела обряд сокрытия ещё раз, раз уж сама прервала его действие, и отправилась догуливать свой выходной день. Успокоив совесть, я решила отправиться за покупками в магический квартал. Мне нравилось исследовать его и открывать новые уголки, к тому же нужно было купить ингредиенты для зелья, отбеливающего зубы.
У меня оставались деньги с предыдущих походов, пусть и немного. Я просто хотела немного отвлечься. Я пошла в мою любимую лавку подержанных вещей.
У прилавка с книгами этот мир меня потерял. Я обнаружила, может, и не ценные, но крайне полезные для меня книги. Я разрывалась от желания купить всё, что вижу, но всё-таки благоразумие взяло верх, и я остановилась лишь на нескольких книгах: по магической кулинарии, по основам магического этикета для маглорожденных, по основам магического права, по введению в магическое сообщество для маглорожденных и «Магия разума» в двух томах: одна была полностью посвящена легилименции, вторая — окклюменции. Домой в этот день я вернулась с несколькими канатами в кармане и кучей покупок.
Дома я с восторгом разворачивала свои приобретения и любовно раскладывала их по полочкам. Остаток своего выходного я потратила на изучение книги по окклюменции. На следующий день я впервые за долгое время отправилась на работу в приподнятом настроении.
До конца месяца оставалась всего неделя, февраль тоже грозил пройти у меня как в тумане, стать бесконечным днем сурка. Мне хотелось хоть немного создать вокруг себя праздничную атмосферу. Я отчаянно тосковала по теплу и общению. Поэтому, после долгих раздумий, я решилась и в свой выходной пригласила соседок на чаепитие. Может, если они узнают меня получше, с ними можно будет нормально пообщаться и перестать слушать их бесконечные проповеди.