Холодный, пронизывающий ветер, казалось, пробирался сквозь шерстяное пальто, словно ища щель в броне. Дымка, привычная для лондонского утра, сегодня казалась особенно густой. Улицы, окутанные туманом, мерцали огнями еще не погашенных уличных фонарей, создавая атмосферу загадки и романтики. В воздухе витал запах свежезаваренного чая и дыма от сигарет, смешиваясь с ароматом дождя, который недавно прошел. Лондон просыпался.
Я поежилась, поглубже закутываясь в шарф. Я стояла у витрины антикварного магазина на Черинг-Кросс-роуд, разглядывая старинные книги и пожелтевшие от времени гравюры. Мой взгляд задержался на потрепанном томике стихов Байрона. «Она идет во всей красе...» – промелькнуло в голове. Ирония судьбы! Я чувствовала себя скорее побитой жизнью, чем прекрасной.
Последние недели выдались богатыми на события и эмоции, они будто вдохнули жизнь в мое серое существование. Завтра Остара, день весеннего равноденствия. Этот день отлично подходит для того, чтобы провести ритуал «Принятия ведьмовской сути». Я решила провести его буквально недавно, поэтому дождалась последнего момента для своих закупок к ритуалу. Я направилась в магический квартал.
Мои ноги сами вели меня по уже изученному маршруту, в «Дырявый котел».
Толкая тяжелую дубовую дверь, я вошла в полумрак паба. Запах эля и табака ударил в нос, смешиваясь с едва уловимым ароматом трав и благовоний, который всегда витал в воздухе этого места. За стойкой, как всегда, стоял Том, лицо, молодого парня просело.
– Доброе утро, Ариана, – подмигнул он, протирая стакан засаленным полотенцем. – Что привело тебя сегодня?
После того как я помогла Адриану, внуку мистера Крампа, каждая собака знает меня в лицо.
– Хочу пополнить запасы ингредиентов для зелий, Том, – ответила я, бросив взгляд на завсегдатаев, потягивающих пиво за дальними столиками. Никто из них не обратил на меня внимания.
Я проскользнула на задний двор. Маленький двор, со всех сторон окруженный стенами, здесь нет ничего, кроме мусорной урны и нескольких сорняков. Я отточенным движением трижды коснулась волшебной палочкой кирпича, отсчитав от урны три кирпича наверх и два в сторону. Я шагнула в появившуюся арку.
Арка замерцала, и я оказалась в узком, мощеном переулке, который словно вынырнул из другой эпохи. Здесь царил свой, особый мир, наполненный запахами сушеных трав, экзотических специй и чего-то неуловимо магического. Это был Косой переулок, сердце магического Лондона, скрытое от глаз обычных людей.
Здесь, в отличие от шумного и суетливого Черинг-Кросс-роуд, время текло медленнее. Лавки с диковинными товарами манили своими витринами: склянки с разноцветными эликсирами, перья экзотических птиц, старинные амулеты и книги, переплетенные в кожу дракона.
Сегодня я буду исследовать новое для себя место – Лютный переулок.
Я вышла из Косого переулка и, свернув за угол, оказалась в Лютном переулке. Если Косой переулок был ярким и оживленным, то Лютный переулок был его темным, зловещим двойником. Здесь царила атмосфера запустения и тайны. Дома казались покосившимися, а вывески над лавками были облупленными и полустертыми.
В воздухе витал запах гнили и чего-то неопределенно неприятного. Вместо ярких витрин здесь были темные, запыленные окна, за которыми едва можно было различить странные предметы. Здесь продавали ингредиенты, о которых даже в “Дырявом котле” шептались с опаской.
Я шла по переулку, стараясь не привлекать к себе внимания. Здесь было немноголюдно, но каждый встречный взгляд казался подозрительным и недобрым. Я чувствовала, как по спине пробегают мурашки.
Мой взгляд упал на лавку с вывеской, написанной готическим шрифтом: «Боргин и Бёркс». Я слышала о ней. Говорили, что здесь можно найти самые редкие и опасные артефакты. Меня всегда привлекало неизведанное, и я решила зайти.
Толкнув тяжелую дверь, я вошла внутрь. Внутри было темно и душно. Запах затхлости и пыли был ещё сильнее, чем на улице. В полумраке виднелись полки, заставленные странными предметами: черепами, засушенными животными, старинными книгами в кожаных переплётах.
За прилавком стоял высокий, худой мужчина с бледным лицом и пронзительными глазами. Он смотрел на меня с нескрываемым любопытством.
– Чем могу быть полезен? – проскрипел он, его голос был похож на шелест сухих листьев.